Книга Малютка, страница 40 – Кармен Мола

Она вздохнула. Правильно ли было идти на поводу у матери? Кто знает! В любом случае надо было не размышлять, а действовать. Аллу сказал, что в телефоне Чески было две сим-карты. Значит, пора изучить содержимое второй карты. Что-то подсказывало Элене, что она стояла на пороге таинственного темного мира, что увиденное ей не понравится. Ей уже мерещились картины секса Чески и Сарате, которые навсегда застрянут у нее в памяти. Но реальность превзошла все опасения. Элена вышла из кабинета и направилась к Сарате.

– Пойдем, ты должен это увидеть.

Тон Элены был настолько решительным, что Сарате не стал возражать. Вернувшись в кабинет, она подключила телефон Чески к компьютеру. На экране появилась комната, похожая на гостиничный номер. Запись велась с камеры, установленной в углу. Звука не было. Вошел мужчина лет пятидесяти с небольшим, прилично одетый. Кажется, немного пьяный, но в хорошем настроении. Он сел на кровать с банкой пива в руке. Улыбаясь, обратился к кому-то за кадром. Кто это? Зачем Ческа хранила это видео? Вдруг голову мужчины разнесло выстрелом, и он повалился на кровать. Кровь залила простыни. Видео оборвалось.

В машине по дороге в Куэнку Ордуньо наконец решился поговорить с Рейес о том, что, по-видимому, интересовало всех.

– Можно у тебя кое-что спросить?

– Только если потом я тоже смогу задать тебе вопрос, – без всякого смущения ответила Рейес.

– Справедливо, – согласился Ордунью. – Я старше, так что я решаю, кто первый спрашивает. Начнем с тебя.

– Почему мы везде ездим, а не звоним по телефону?

– Полицейский значок все еще внушает уважение. К тому же так мы можем смотреть людям в глаза.

– Думаешь, по глазам правда можно понять, врет тебе человек или нет?

– Это уже второй вопрос, и я отвечу на него позже. Мы уже прибыли.

Они приехали на скотобойню, которая ничем не отличалась от любого другого производства в любой другой промзоне. Промзона называлась Ла-Монтонера, а компания, которой принадлежала скотобойня, – «Инкакуэса».

– Нам нужен Эмилио Суэкос, ветеринар.

Судя по всему, доступ в здание был свободным; встреченный ими на входе человек рассеянно бросил:

– Второй кабинет.

На стук в дверь никто не отозвался. Тогда Рейес просто открыла ее. Эмилио дремал в офисном кресле и при виде вошедших вздрогнул. Лысый, немного за пятьдесят, с мешками под глазами, он производил впечатление человека, который проводил ночи – в том числе вчерашнюю – довольно бурно.

– Кто вы такие? Чего вам надо?

– Полиция.

Эта информация и предъявленные значки заставили ветеринара так подскочить в кресле, что он чуть не свалился на пол.

– Можно войти?

– Конечно, конечно, присаживайтесь.

– Мы по поводу рецепта на азаперонил, который вы недавно выписали.

Суэкос ошарашенно уставился на них, как будто еще не проснулся. Казалось, он ждал, что его станут допрашивать по какому-то другому поводу.

– Это обычный препарат для свиней. Я постоянно выписываю азаперонил фермерам, которые везут животных на бойню.

– Вы это никак не регистрируете?

Ветеринар засопел, подтянул штаны на животе и негодующим жестом указал на компьютер:

– Вообще-то регистрирую, но недавно случилась беда. Архив стерся. Наверное, я сам виноват; ничего не понимаю в технике.

– Какое совпадение! – воскликнул Ордуньо. – А клиент был очень толстым, умственно отсталым, и от него неприятно пахло. Так его описал аптекарь.