Онлайн книга «Ночи синего ужаса»
|
Чтобы как-то справиться с разочарованием и попытаться заодно согреться, он достал из кармана редингота флягу с арманьяком и позволил себе добрый глоток. Горячительный напиток приятно прокатился по пищеводу и тотчас взбодрил бывшего каторжника. Вместо того чтобы вернуть флягу в карман, как изначально намеревался, он приложился к горлышку еще раз. После остановки с Валантеном на почтовой станции по пути в Мелен и небольшого перекуса Видок ничего больше не ел, а прошло уже почти двенадцать часов. Так что, вопреки способности хорошо переносить алкоголь – он даже гордился, что никогда не пьянеет, – на сей раз шеф «Сюрте» почувствовал себя странно. Эхо дождя в саду стало глуше, полумрак вокруг сгустился и как будто бы даже закачался, словно полог тумана. Одновременно изменилось и настроение Видока. Угрюмая досада уступила место эйфории. Он принялся фантазировать о содержимом секретных портфелей. Почти четверть века Фуше действовал за кулисами власти, создавал современную полицию, безудержно плел интриги, раскидывал сети. Он продержался на министерских постах при четырех политических режимах – ни больше ни меньше! – оставшись при этом целым и невредимым. Из-за секретов, которыми он владел, его опасался даже великий Наполеон. Если ему, Видоку, широко применявшему методы герцога Отрантского для пополнения собственного архива, удастся завладеть хотя бы десятой долей документов, хранящихся в двух портфелях, он сумеет поквитаться со всеми, кто до сих пор смотрит на него свысока, как на помилованного каторжника. Горе обидчивым злопыхателям, которые, рядясь в одежды добродетели, добились его первой отставки с должности начальника «Сюрте»! Горе скудоумным буржуа из Сен-Мандэ[136], чинившим препятствия его предпринимательским прожектам! При своем недюжинном уме и решимости он сумеет извлечь максимальную выгоду из посмертных откровений триестского изгнанника[137]. Благодаря им он обеспечит себе незыблемое положение во главе «Сюрте». Да что там «Сюрте»! Есть кое-что получше. Ведь префект полиции – чем черт не шутит? – из него выйдет поприличнее тех марионеток, что сменяют друг друга, не задерживаясь в начальственном кресле. При Луи-Филиппе их уже было семь, не меньше! А почему бы не замахнуться на большее? Можно воспользоваться тем же оружием, чтобы подняться на самые высоты власти. Эжен-Франсуа Видок – министр полиции! Надо признать, звучит приятно. И он знает немало таких, кто от этих божественных звуков заскрипит зубами… Внезапный шум вернул его к реальности. Видоку показалось, что где-то разбилось стекло. Мгновенно протрезвев, он вскочил на ноги и метнулся к столику, на котором доктор Фэвр оставил ему масляную лампу в качестве ночника. Быстро подкрутив фитиль, чтобы огонь разгорелся поярче, полицейский с одним из двух заряженных пистолетов в руке проверил, надежно ли закрыта входная дверь кладовки, ведущая в сад. Замок был заперт. В любом случае Видок почти не сомневался, что звон стекла донесся до него не из сада, а из внутренних помещений. И не с верхних этажей, а именно из подвального. Он вернулся к столику, сунул второй пистолет за пояс, взял лампу и решил осмотреть все подвальные помещения для очистки совести. Другая дверь вела из кладовки в разветвленный коридор. В левом его конце начиналась служебная лестница, по которой можно было подняться на первый этаж, в хозяйственные помещения клиники. Темный узкий туннель, уходивший направо, петлял между многочисленными кладовыми и погребами. |