Книга И река ее уносит, страница 118 – Джихён Юн

Это правда. Таков был план: Мираэ уедет, за первый год все там разведает. Когда Суджин подаст документы, у Мираэ уже будет квартира-студия, в которой они смогут жить вместе. Суджин, поступив на первый курс, откажется от общежития и переедет сразу к сестре. Она Мираэ все уши прожужжала о том, что они будут делать вместе. Займутся серфингом на побережье Ла-Джолла, съездят на год поучиться в Сеул.

– Если ты не заметила, со мной случилось до фига дерьма с тех пор, как мне было десять. Почему это так важно? Ты тоже берешь год перерыва. У тебя нет планов.

– Это неважно. Просто мне всегда казалось, что ты хочешь выбраться отсюда. Я подумал…

– Так было раньше, – ответила она. Его ладони стали немного липкими. Суджин высвободила руку и вытерла ее о платье. Между ними повисло долгое молчание, которое прерывал только шорох мюленбергий, лениво трущихся друг о друга. Небо, которое было таким ясным, постепенно затягивали серые облака. – Я больше не знаю, чего хочу.

Марк задумался, а затем осторожно спросил:

– Дело вообще не в тебе – дело в Мираэ, так?

– С чего бы?

– Ты будешь чувствовать себя виноватой, если окажется, что ты вернула ее, только чтобы уйти, – сказал он. – Ты чувствуешь, что за нее в ответе.

На это нечего было возразить.

– Это нечестно, Суджин, – продолжал Марк. – Это нечестно по отношению к тебе и по отношению к Мираэ тоже. Она хотела бы, чтобы ты жила своей жизнью. Ты не можешь омрачать память о ней тем… – Он взмахнул рукой, подбирая правильные слова. – Тем, что ты вбила гвоздь в ее грудь и подвесила на нем свою жизнь.

– Память?Почему ты говоришь о ней так, будто ее больше нет?

– Но ведь это так? – Он нервно провел рукой по волосам, открыл и снова закрыл рот, только потом наконец сумел ответить. – Поэтому ты пришла сегодня, так? Она ушла, и ты искала утешения?

– Я не говорила, что она ушла.

– Тебе и не нужно было. У тебя на лице все написано.

Суджин не могла вынести того, как он на нее смотрел: с состраданием, вызывающим желание его ударить. Разве не он предложил ехать в такую даль и делать вид, что все нормально? Он нарушал их молчаливый договор.

– Ладно. Когда я проснулась, Мираэ исчезла. Но я ее найду и верну домой, ясно? Давай оставим это.

– Нет. Прости, но не получится. – Марк шагнул чуть ближе. Вокруг волновались мюленбергии. Когда ветер успел так разъяриться? – Суджин, давай хоть сейчас перестанем делать вид? Ты знаешь, что твоя сестра убила Силасов. Она убила твою крысу. Почему ты отказываешься об этом говорить?

– Чего ты от меня хочешь, Марк? – тихо сказала она. – Хочешь, чтобы я произнесла это вслух? – Сильный ветер развевал ее волосы. Марк наблюдал за ней: сосредоточенно, выжидающе. Суджин прикусила щеку изнутри так сильно, что рот заполнил вкус крови. Ей было непросто произнести следующие слова, но она нашла в себе силы заговорить: – Моя сестра убила их, но я не знаю почему, ясно? Я уже некоторое время видела, что с ней что-то не так. – Она ощутила острое жжение в глазах. – Доволен?

Он не ответил.

– Ну, и что теперь? Пойдешь в полицию? Какая жалость, что больше нет Силаса, который принял бы у тебя заявление, верно? Донесешь на утопленницу за убийство? – Она рассмеялась. Почему она рассмеялась?

– Нет, конечно, – тихо произнес Марк и протянул ей руку. Но Суджин не приняла ее.