Книга Пять строк из прошлого, страница 74 – Анна и Сергей Литвиновы

Наверно, так всегда бывает: когда нет настоящей любви – начинаются поиски товара, который плохо лежит: сойдет за третий сорт. Зато меньше хлопот и переживаний.

Да и смотреть на счастливую Любу в подвенечном платье ему совершенно не хотелось. Думать, что когда-то она стонала в его объятиях (да-да, стонала!), и видеть, как теперь ее под крики «горько!» по-хозяйски засасывает новоиспеченный супруг. Нет, на фиг такое счастье.

На банкет Антон не пошел.

А при следующей встрече со своим научным руководителем Эвелиной Станиславовной услышал от нее отповедь. Она завела разговор как бы между делом. Да и поучала словно бы вскользь, как не об очень существенном.

– Знаешь, мне тоже Любкин Илья не сильно нравится. И я, может, тоже хотела, чтоб не он, а другой стал моим зятем. К примеру, хотя бы и ты. Однако сердцу не прикажешь. Ни ты сам своему не прикажешь. Ни тем более чьему-то другому сердцу. Даже очень близкого человека. Или, точнее, тем болееблизкого человека… Короче говоря, дружок, на склоне лет я наконец доподлинно поняла, что слушаться надо всегда прежде всего его – своего собственногосердца. Иначе, если польстишься при выборе на привходящие обстоятельства – деньги, власть, положение, красоту, – получишь в итоге крупнейшие неприятности. Не буду указывать на саму себя пальцем и рассказывать про эту мою дурацкую женитьбу со Степановым, которая не дала мне ничего, ни уму, ни сердцу…

– Разве что Любу, – возразил под сурдинку Тоша.

– Да, – согласилась она, – Любочка – единственное достижение моего несчастного брака… Что ж теперь сделаешь, если Любка такоговыбрала! Можно только пожалеть ее, потому что всегда по жизни лучше, если не тысильнее любишь, а наоборот, твой партнер – тебя. А Илюха повьет из нее веревки, я чувствую, попьет ее кровушки. Но это только Любино дело, не наше… Мы сможем только сострадать.

«Или злорадствовать», – добавил в уме Тоша, у которого до сих пор саднило, как тем утром Любовь отправляет его в отставку.

– А ты, Антон, – продолжала руководительница диплома, – знаешь ли: невзирая на все обиды, старайся сохранять друзей. В том числе тех, с кем ты был очень близок – тем более телесно. Между вами тонкие, незаметные никому ниточки возникают, которые потом очень радуют и которые можно по жизни использовать. Не надо никогда ни с кем рвать до конца. Ну разбежались вы, не спите больше вместе – но можете ведь помогать друг дружке, симпатизировать, дружить?

Слова несостоявшейся тещи Антон воспринял как руководство к действию. Когда Люба со своим благоверным вернулась в столицу после медового месяца, он позвонил ей, поздравил. Девушка была мила и кокетлива – и его звонку явно обрадовалась. Да, правильно заповедала Эвелина Станиславовна: «С бывшими лучше дружить!»

Он звонил Любе, поздравлял с Новым годом или днем рождения. Несколько раз они случайно повстречались в коридорах института. Поэтому, когда у Тоши на дипломе возникла нужда в деталях для его устройства, он снова набрал свою былую возлюбленную.

В тот раз голос Любы звучал по-деловому: «Я посмотрю, что смогу сделать. И мужа спрошу. Привози спецификацию на детали».

Дипломы писали и Эдик, и Кирилл, и Пит, и Валентина (девушка Эдика). Только Юля отстала аж на два года.

Пит почему-то напросился, чтобы руководителем его проекта тоже стала Эвелина Станиславовна. Сам ходил к ней, просил униженно, дарил цветочки и импортный ликер из «Березки».