Онлайн книга «Пять строк из прошлого»
|
– А кто ж еще? Швеи-мотористки? – И рекламы столько… МКАД реконструировали, да? – Пытаются. Вспоминая, как хлебосольно принимал его Эдик в Бат-Яме, Антон и сам постарался, и Любу напряг приготовить для него все самое вкусненькое и российское: и оливье, и селедку под шубой, и винегрет. Но друг только поковырялся и даже свой любимый коньячок пить не стал. «Ох, ребят, можно я уже пойду лягу?» Когда он ушел, у Антона на глаза навернулись слезы. – А ну-ка перестать мне заранее человека отпевать! – прикрикнула на него Люба. Эдик прожил у них два месяца. Рассказывал, как его химией лечили в огромной больнице в Рамат-Гане. Что там у них, в южной стране, рак далеко не редкость и в молодом возрасте, особенно если ты с севера приехал. Ни с кем встречаться Эдик не захотел, только с Кириллом. Они втроем и пульку расписали, как в молодости. И бутылочку «беленькой» уговорили – Кир по такому случаю на время развязал, а на госте с юга лечение сказалось, и он сумел без последующей тошноты вливать в себя крепкие напитки. Эдуарду явно получшело: это и рентген в итоге показывал, и КТ, и узи, и анализы. Метастазы не пошли, опухоль в поджелудочной сильно уменьшилась. Он почти превратился в прежнего Эдика. Волосы отросли, и кое-какое мясцо заново появилось на ребрах. Ел он по-прежнему чрезвычайно медленно, зато аппетит все-таки имелся. Лично стал выезжать вместе с Тошей на рынки и в (немногие появившиеся) супермаркеты, отыскивая деликатесы, которых оказался в южной стране лишен: хамсу, черный хлеб, бакинские помидоры, яблоки сорта «антоновка», масляную рыбу эт сетера. Отбыл он на свою новую родину в конце мая в гораздо лучших кондициях. А вскоре позвонил со сдержанным ликованием: «Наши врачи говорят: стойкая ремиссия! Даже второго курса химиотерапии не понадобится. Я его победил!» А Люба, собирая в Егорушкиной комнате за Эдиком постельное белье, задумчиво протянула: «Говорят, рак бывает заразен». – Ты о чем вообще?! – Эдик с нами, считай, два месяца прожил. Да еще в Егоркиной комнате. – Даже думать об этом не смей! – возвысил голос Антон. – Кто тебе об этом сказал?! «Рак заразен»! Это грипп тебе, что ли! Да откуда ты взяла эту чушь?! – У меня плохое предчувствие. – Да что ты, маленькая моя. Выкинь это из головы. – Ах, Антон. Все-таки вам с Эдуардом по сорок лет, а мне на десять больше… Значит, я ближе туда… – и она тыкнула пальцем в небо. – Ах, перестань, перестань, перестань! Не смей об этом даже думать! Кирилл «Песец подкрался незаметно, песец подкрался незаметно!» – напевал Кирилл на разные лады, расхаживая по новому офису, который Ангелина сняла на Садовнической улице. В самом деле: в августе в стране снова разразился кризис. Курс доллара за пару дней взлетел с шести рублей до двадцати. Весь бизнес, испуганный, прижал уши. Реклама перестала быть кому-либо нужна. Начальница из офиса смылась. Сказала ему дежурить на телефоне, а всех остальных распустила. Оставался на всю контору один Кир, сидел в кабинете, нога на ногу, и гипнотизировал трубку. Однако никто не звонил. Ладно, он придумал себе занятие. Не вечно же в преферанс с компом играть. Тем более, когда играешь, все равно мысли невольно сбиваются на нерешенное и мало разрешимое: что делать дальше? Так и жить с нелюбимой? Ради того, чтобы осталось единственное счастье: видеться по вечерам с дочкой? Ради кайфа вывозить ее по выходным в кино, на утренник или на балет? И навсегда распрощаться с Ангелиной? |