Книга Долгие северные ночи, страница 46 – Влада Ольховская

– Разумеется, небольшая пробежка никому не вредит. Думаю, тебе лучше подойти. Мальцева голосит, сердобольные прохожие пытаются ее защитить, твое появление может снизить градус напряжения.

– О, тебя все-таки нужно спасти? Так и знала, что не зря проснулась этим утром! Диктуй адрес, помощь уже в пути!

* * *

Неравнодушие к судьбе ближнего – это хорошо. Этого мало сейчас. Главное, чтобы между ним и скудоумием сохранялась четкая граница, и тогда у мира есть все шансы достигнуть состояния утопии.

Увы, на этот раз здравое мышление побеждать не спешило.

– Ирод! И изверг! – заявила женщина невнятного возраста. Гарик в такой ситуации наверняка сказал бы, что ее внутренний каталог ругательств заклинило на букве «и».

В ее защиту, на первый взгляд картина и правда получалась крайне неприятная. Высокий и крепкий мужчина безразлично наблюдает, как на грязном асфальте извивается и вопит пожилая женщина, да еще и со связанными шарфом руками. Некоторые прохожие видели, что Матвей пытался ее поднять, но она демонстративно заваливалась обратно, эти наблюдали скорее с удивлением, чем с возмущением. Но то и дело подступала новая волна борцов за справедливость, в основном почему-то женщин, которые сначала орали, а потом только разбирались, что тут вообще случилось.

Матвей прекрасно знал этот особый вид неравнодушных граждан, встречал не раз. Такие были способны и в драку полезть. Именно ради подобных случаев профайлер носил с собой удостоверение сотрудника полиции, которое уже успел продемонстрировать всем желающим. Некоторые даже разглядывали документ особенно придирчиво, как будто что-то в этом понимали.

Ирония заключалась в том, что они не определили бы подделку, даже если бы и правда понимали. Документ Матвей не добыл через очередных мутных дружков Гарика, а получил от Форсова.

– Благодарность за одно дело, – пояснил наставник. – Хотели на мое имя слепить, но мне зачем? Я уже в том возрасте, когда вероятность объяснять, откуда же рядом со мной мертвая проститутка, невелика.

– В моем возрасте, надеюсь, тоже невелика, – вздохнул Матвей. – Но спасибо.

Он старался не злоупотреблять подарком, однако сегодня, после забега по пересеченной местности, да еще неудачного приземления, после которого побаливало колено, у него не было ну вот совсем никакого настроения снимать с себя проходивших мимо пассионариев.

Когда появилась Таиса, стало чуть полегче. Она отлично переводила с общечеловеческого языка на язык зевак – во всех его наречиях. Готовых прослезиться бабушек она успокаивала, как заботливая внучка. Строгих пузатых мужчин, сплошь бывших военных, с их слов, ставила в известность деловым тоном. На замахнувшуюся сумочкой даму рявкнула так, что в радиусе километра не осталось спокойных голубей. Благодаря этому к приезду полиции и «скорой» до драки так и не дошло.

Когда началась погоня, Матвей лишь приблизительно понимал, что вообще происходит. Но потом пару подсказок дала Таиса, кое-что он вычислил сам. Так что на следующую встречу с Еленой он пришел подготовленным.

Он допускал, что она и сейчас не откажется от обороны – будет дерзить или постоянно ссылаться на адвоката. Но нет, когда они встретились в допросной, женщина выглядела задумчивой и усталой. Однако, как бы иронично это ни звучало, не постаревшей, а помолодевшей. Теперь, когда отпала потребность притворяться, Елена больше не куталась в выцветшие тряпки, снова делала макияж и прическу. Но, судя по потухшему взгляду, это была скорее инерция. Она понимала, что уже не выкрутится.