Книга Там, где тишина, страница 117 – Эллиот Харпер

– Как ты? – спросил Дэн, глядя на нее с катастрофически маленькой дистанции. – Мы не говорили… с тех самых пор.

Но Билли так и не смогла подобрать подходящие слова, поэтому призналась:

– Не знаю. Слишком… много всего навалилось.

– Точно. Эта твоя новая роль так называемого консультанта. И с каких пор ты сотрудничаешь с ФБР?

– Не могу сказать, – осторожно ответила Билли. – Но это не то, из-за чего стоит переживать.

– И твоя работа никак не связана с Робертом Андерсоном?

Мысленно поблагодарив новый слой пудры на лице, Билли кивнула:

– Абсолютно.

Дэн постарался спрятать обиду за усмешкой:

– Хотел бы поверить тебе, но не могу.

Билли собиралась было поспорить, но неудачно шагнула в сторону и пошатнулась. Розенберг вовремя подхватил ее, прижав ее к себе.

– Спасибо, – покраснела она и приобняла его за шею.

В прошлом Дэн уже был свидетелем падения Билли с каблуков, на которые сам же и уговорил ее, заметив в магазине пару красивых туфель на сомнительно устойчивой колодке. Они прекрасно смотрелись, но, когда Билли полетела в них прямо на входе в ресторан, вся их прелесть мгновенно испарилась. Зато после ужина Дэн донес ее до машины на руках и доставил до дома почти как королеву. Она не была уверена, что сломанный каблук на туфле, которая стоила как месяц аренды ее квартиры, и потянутая лодыжка оправдывали подобный жест, но даже спустя год вспоминала о том вечере лишь с улыбкой.

Билли помнила и многое другое: как Дэн случайно уронил ключи от своей машины в водосток и какая развернулась операция по их извлечению; или как рядом с офисом Розенберга сидел бродяга по прозвищу Гуччи, который так громко пел хрипловатым голосом ретрохиты, что сотрудникам не раз приходилось вызывать охрану. Впоследствии на его месте появился полутораметровый цветок в большом кашпо, не издающий звуков.

Билли помнила, как однажды на улице разыгралась непогода и они с Дэном были вынуждены прятаться от ливня под крошечным козырьком здания. Розенберг, конечно же, включил умного зануду, и Билли, смеясь, вытолкнула его под дождь. Но он утянул ее за собой, и они, промокшие до нитки, подпортили сиденья с коврами в машине Розенберга. А еще Билли страшно продрогла в тот день, Дэн надел на нее сухой пиджак, который утром забрал из химчистки и не успел занести домой.

У них было много хороших, искренне теплых моментов. Но сейчас, привычно обнимая его, прижимаясь к нему щекой, вдыхая знакомый парфюм с нотками амбры, мирры и жасмина, Билли с грустью понимала: между ней и Дэном все кончено. Их отношения прекратились еще до того, как Билли рассказала ему о своем решении разорвать помолвку. Жаль, что она осознала это слишком поздно, но еще сильнее Билли жалела, что Дэн был уверен в обратном.

Чувствуя аромат ее волос – приятный, сладкий, ванильно-цитрусовый, до боли в сердце знакомый, – Дэн все меньше пытался сохранять напускную невозмутимость и все сильнее чувствовал потребность вернуть Билли. Целиком и полностью и не только на этот вечер. Вернуть всю их совместную жизнь, от общих фраз и до мельчайших деталей. Вплоть до того, как она наливает кофе по утрам, но никогда не допивает его до конца. Или как поправляет волосы перед выходом из дома, никогда не оставаясь довольной результатом. Или как смеется над дурацкими комедиями, а Дэн смеется вместе с ней, потому что ее улыбка и радость слишком заразительны. Или как Билли танцует на кухне под музыку, готовя «несерьезный» ужин, потому что на долгую готовку, как она однажды призналась, у нее аллергия. Для Розенберга это не было проблемой: еду можно заказывать на дом, а какие-то мелочи в поведении Билли он надеялся исправить замечаниями и наставлениями. Он пытался подстроить ее под себя, но исключительно ради ее блага.