Онлайн книга «Искатель, 2006 № 07»
|
Флотилия больше месяца находилась вблизи селения доброжелательных туземцев. Снова чинили, очищали от раковин и водорослей днища каравелл. Наконец закончили корабельные работы, запаслись пресной водой и продовольствием. Поплыли дальше в северном направлении. Арабский мир Через четыре дня показались небольшие зеленые острова. Мелкие, более крупные; между ними отмели, банки, вдали полоска материка. Моряки увидели среди островов залив. Когда португальские корабли вошли в него, навстречу устремилось множество лодок: и под косым парусом, и управляемые десятком гребцов, сверкавших на солнце потными черными спинами, и челны на двух-трех человек. Они дружно окружили прибывших. На одном из островов, среди пышной тропической растительности, белел город. Оштукатуренные дома утопали в садах. Пальмы высоко вздымали свои раскидистые, будто веер, кроны. На них росли плоды величиной с дыню. На рейде, перед островом с городскими постройками, стояли четыре больших корабля и около сотни мелких. Португальцы сразу определили по форме «мавританские» морские суда. Они знали, что арабы делают свои корабли, не применяя гвоздей. Доски крепко связывают толстыми веревками и скрепляют деревянными клиньями. Потом дно и борта пропитываются кокосовым маслом. Товары арабские мореходы раскладывают на палубе и накрывают кожами. Португальцы знали, что арабские моряки умеют пользоваться компасом, квадрантом и мореходными картами. — Ну, вот мы и встретили наших старых врагов, — сказал Васко да Гама брату, который приехал к нему на «Сао Габриэль». — И соперников, — добавил Николау Коэльо. — Теперь держись только. Если они узнают, что мы христиане, начнутся всякие подвохи и неприятности. — Надо их перехитрить, хотя бы первое время, — говорил, глядя на приближавшиеся к флагману лодки с навесами, Пауло да Гама. — Зовите Мартимеша и Нуньеша. Будем разговаривать с маврами. — Только это не белые мавры. Видно, они сильно перемешались здесь с неграми, — заметил Коэльо. На борт «Сао Габриэля» поднялось несколько смуглых людей в белых наголовниках-платках, державшихся с помощью черного войлочного кольца, и в расшитых шелком зеленых, оранжевых и полосатых одеждах. Переводчиком служил не Мартимеш или Нуньеш, знавшие хорошо арабский, но не успевшие вовремя подъехать, а бывший приговоренный к казни, матрос Жоао Машаду. Он два года находился в мавританском плену и выучил язык. Поднявшиеся на борт поклонились Васко да Гаме, признав в нем старшего на корабле. Беседа началась. — Что вы за люди? — спросил Васко даГама. — Мы местные торговцы, подданные султана Мозамбикского Мусы ибн Мбика. По его имени, да благословит его Аллах, назван и город. — Это ваши корабли? — спросил командор, указывая на четыре корабля с цветными парусами. — Нет, это корабли очень богатых и могущественных купцов из Аравии. Но приплыли они из Индии. — Чем они гружены? — На них изделия из золота и серебра с изумрудами и рубинами. Привезли много жемчужных бус. Кроме того — груз перца и имбиря. — Где берут эти товары? — Золото — здесь, в Мозамбике; его привозят с приисков Софалы, с материка. Остальное они доставили оттуда, куда вы держите путь… — Там много этих товаров? — Пряности, жемчуг и драгоценные камни находятся там в изобилии. Васко да Гама вежливо остановил беседу и распрощался с мозамбикскими торговцами, пригласив их снова посетить судно. Гостей с поклонами проводили и собрали совет капитанов. Решено было, пока это возможно, скрывать, что пришли христиане из Португалии. Когда офицеры разошлись, командор оставил Жоао Машаду. |