Онлайн книга «Искатель, 2006 № 10»
|
— Давай-ка самогоночки, — предложил Иван и ласково взял в руку бутылку с мутной жидкостью. Китайгородцев с мрачнымвидом наблюдал за тем, как этой жидкостью наполняются стаканы. Иван неаккуратно звякнул стеклом о стекло. Китайгородцев будто очнулся, поднял на него глаза: — Скажи мне, разве так бывает: человек что-то видел, а потом напрочь забыл? — Сплошь и рядом! — уверенно произнес Иван. — Да-а-а? — изумился Китайгородцев. — Вот эта самогоночка, к примеру, — встряхнул в руке Иван бутылку, — ежели мы с тобой одну накатим, да другую — утром ни за что не вспомнишь, чего тут накануне было. — Я не про самогон, — поморщился Китайгородцев. — А это не важно. Ты спросил: может быть такое, чтоб не помнить ничего? Я тебе и отвечаю: может! А каким способом — это уже другая тема. Китайгородцев проснулся среди ночи. Его мучила жажда. Вышел на веранду, где в ведрах стояла, как он помнил, вода. Здесь было холодно и на удивление светло. Он не сразу сообразил, что это из-за снега: за стеклами падали с неба почти невесомые белые хлопья. Китайгородцев завороженно смотрел на них. Я здесь по-другому как-то сплю, вдруг подумал он. Совсем не так, как в доме Лисицыных. Не так крепко. Не так беспробудно. Может быть, прав был Хамза, когда говорил про дурман-траву? Ржавая «Нива», на которой Лапутин и Китайгородцев приехали на карстовое озеро, оставалась здесь. Иван решил воспользоваться этим обстоятельством — предложил Китайгородцеву съездить в райцентр, где у него накопились какие-то дела. Китайгородцеву неудобно было отказать. В райцентр они поехали вместе. За руль сел Иван, Китайгородцеву с его ногой до сих пор было непросто управляться с педалями. Первый снег долго не лежит, и тот, что выпал ночью, уже успел растаять, но во всем чувствовалась близкая зима. В выстуженном воздухе предметы обрели четкие очертания, лужи на разбитой дороге прихватило ледком, небо просветлело, отчего осенний сумрак под деревьями сам собой растворился. Городишко был невелик. Центральную его улицу составляли одно- и двухэтажные дома дореволюционной еще постройки. Некоторые дома вросли в землю настолько, что можно было без труда заглядывать в их окна. Отделение Сбербанка, в которое приехал Иван, выбивалось из общего ряда: новехонький красный кирпич, зеркальное остекление, парковка выложена фигурной плиткой. Здание Дома культуры, расположившееся рядом, не выдерживало сравнения:штукатурка осыпалась, а листовое железо на крыше проржавело донельзя. — Я быстро, — сказал Иван. Вышел из машины и зашагал неспешно, вертя головой по сторонам — как человек из глубинки, редко выбирающийся в город. Китайгородцев тоже из машины вышел — пройтись. Хромал, опираясь на палку. Две девушки, которые шли навстречу, посмотрели на него с сочувствием. Чтобы не видеть этих взглядов, Китайгородцев отвел глаза, будто заинтересовался тем, что такое на афише написано. Дом культуры оказался местом бойким. Судя по афише, местным жителям практически ежедневно предлагалось посетить какое-нибудь мероприятие. Почти всегда это были либо киносеанс, либо дискотека — они шли через день. В россыпи каждодневных заурядных мероприятий крупным шрифтом и красной краской были выделены настоящие жемчужины культурной жизни города: встреча депутатов местного городского собрания с жителями, праздничный концерт по неизвестно какому поводу, выступление гипнотизера Иосифа Потемкина (город Москва)… |