Книга Тайна против всех, страница 40 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

К счастью, на этот раз в мое отсутствие тут никто не успел побывать. Впрочем, возможно, появление Ланса сейчас могло бы меня даже обрадовать: появилась бы возможность обсудить сегодняшнюю поездку и загадочное исчезновение воспитанников и сотрудников детского дома.

Я хотела было позвонить с этой целью Косте, но тут телефон ожил, на экране появилось имя Дуни.

– Это я, – сообщила она.

– Выяснила что-нибудь? – в нетерпении поинтересовалась я.

– Попыталась. Кажется, до замужества она была Ольгой Петровой.

– Кажется?

– Ну да, во-первых, как я уже говорила, на память отца полагаться последнее время не стоит, а во-вторых, даже не знаю, как это тебе передать… В общем, когда я начала интересоваться матерью, он очень странно отреагировал. Будто занервничал, словно этот безобидный вопрос имел государственную важность, поэтому у меня есть сомнения в том, что она действительно была Петровой.

Реакция отца Дуни меня насторожила. Может быть, он знал больше, чем желал сообщить собственной дочери?

– Как думаешь, почему это его взволновало?

– Может быть, переживания после ее утраты, воспоминания о прошлом или какие-то секреты. Сколько я ни билась, чтобы узнать о себе больше после того, как покинула детдом, так по сей день и не сдвинулась с мертвой точки.

– Я была там сегодня.

– Где? – удивилась подруга.

И я рассказала ей о своем визите в усадьбу и о беседе с местными.

– Чепуха какая-то, – усмехнулась она. – Ты точно в Иванчиково приехала?

– Я, в отличие от твоего папы, на память не жалуюсь, так что родные стены опознать сумела.

– Чудеса, – пропела Дуня в трубку.

Мы еще немного поболтали, пообещав друг другу созваниваться чаще. Так мы делали каждый раз, но общались с каждым годом все реже. Такова жизнь: даже близкие друзья с взрослением, расстоянием, сменой интересов могут со временем терять ту крепкую связь, которая объединяла их когда-то.

– Береги себя, Тайна! Целую.

Удивительно, но из ее уст мое имя звучало так обыденно, что никакого напряжения я не почувствовала, напротив, некую теплоту, приятно разливавшуюся по всему телу.

* * *

В воскресенье Костя решил повторить мой трюк, позвонив мне рано утром. Я с трудом открыла глаза и включила громкую связь на телефоне.

– Ты как?

– Сплю, – вяло ответила я.

– Один – один!

– Ты смотри, начнешь счет вести, будешь каждое утро от моих звонков просыпаться, – пригрозила я.

– Ездила в детдом?

То ли что-то в его голосе, то ли просто впечатления вчерашнего дня так повлияли на меня, что я не смогла ответить сразу. Судорожно подбирая слова и пытаясь прислушаться к внутренним ощущениям, выдала:

– Тебя жду.

– Ну и правильно, – ответил Костя.

Мне показалось или произнес он это с некоторым облегчением. Кажется, я начинала чувствовать тревожные нотки паранойи. Что, если Константин появился в моей жизни вовсе не случайно и спонсорство было лишь прикрытием? Почему из всех детей он выбрал именно меня и продолжает опекать по сей день?

Я разозлилась на себя за эти мысли.

– Ну что? – раздался голос в трубке, и я поняла, что прослушала вопрос.

– Извини, что-то со связью, – откашлялась я.

– Придешь к нам во вторник?

– Постараюсь, – ответила я. – На работе отправили на удаленку, может быть, устрою себе небольшое путешествие.

– Отличная идея, говорят, в Египте сейчас тепло. Ты, кажется, давно не была на море.