Книга Камеристка, страница 70 – Дина Зарубина

— Факелы сюда! Сколько тут?

— Сто сорок пять, за сегодня двое померло, — тут же доложил упитанный надзиратель.

— Сто сорок пять?! Да у вас в городке едва ли тыща жителей! Откуда столько?

— Так черные маги и причастные к магии, с пригорода, с ферм, с хуторов… Мы разнарядку выполняем!

— Какую разнарядку? — зашипела принцесса.

— Х-храмовую. Чтоб стало быть, скверну изничтожать и поросли ее…

— Скверну? Выводите людей! Вон же, чуть ли не трехлетка! Откуда в нем скверна, если магию можно определить с десяти лет и не раньше! А там вообще грудной! Кто их приказал арестовать? Фамилия? Должность?

— Ищейки из монастыря Киртапалу, — градоправитель промокнул лысину. — Его преподобие Апиль Пакси, королевский ловец.

— Он или пьян, или слепой! Или просто негодяй! Капитан! Принесите артефакт Мантрагатта. Кресло мне.

Прием откладывался. Возле загона собралась уже чуть ли не половина города. Люди настороженно молчали. Градоправитель снова вытер лысину. Но гневается принцесса не на его, авось и пронесет бурю мимо. Он подозвал помощника, отдал тихонько несколько распоряжений.

Из ближайшего дома вынесли резное деревянное кресло. Принцесса села, открыла шкатулку, достав пирамидку, обвитую золотой проволокой.

— Выводите по одному, — приказала сквозь зубы.

— Так ведь они в цепях… чтоб не сбежали, стало быть! — Доложил надзиратель. — Многие встать не могут, ослабли!

— Ослабли? Неделю проведя под открытым небом? Вы их хоть кормили?

— Так это от лени, хотятвас разжалобить! Я прикажу палок дать! Враз взбодрятся.

Охранник махнул палкой, истощенная женщина упала, как подкошенная. Принцесса встала, протянула руку, гвардеец вложил в нее кнут. Свист, охранник с визгом отскочил, держа повисшую руку, и вытаращив испуганные глаза.

— Это травница, Эйлин, — торопливо объяснил надзиратель. — Ее первую схватили, как рейд был.

— Я вас повешу, — пообещала принцесса. — Раз не могут идти, сама к ним пойду.

— Да как можно по грязи! Они же там как сидели, там и гадили!

— Скотина, — выдохнула принцесса, и закрыла глаза, понимая теперь просьбу мужика о казни. — Всех детей младше десяти оттуда вытащите немедленно! Согреть, накормить!

— Давайте артефакт, ваше высочество, я в сапогах, — гвардеец протянул руку и вошел в загон. За ним последовали факельщики, в загоне стало светло, как днем.

— Нет, нет, нет, нет, — рослый гвардеец медленно шел мимо заключенных, и пирамидка молчала. Не вспыхивала, не звенела.

Помощники надзирателя поднимали и выводили уже проверенных. Горожане заволновались, подняли крик, кидались к своим близким. Заголосили бабы.

Градоправитель ел свой хлеб не зря. Организовал водовоза с бочкой воды, телегу с одеялами и котел с супом, притащенный из ближайшей харчевни. Умыться, миску супа, одеяло на плечи и к писарю — кто таков, откуда, сколько лет. Порядок должен быть! И отчетность.

Принцесса безучастно смотрела на вереницу проходящих мимо людей. Губы ее подергивались, а пальцы поглаживали кнут.

Пирамидка сработала трижды. Возле высокого старика с седой бородой, возле полненькой пожилой женщины и возле взъерошенного молодого мужчины с разбитым лицом.

— Это целитель Окассе́н. Единственный в городе. Уж такая потеря для города… — быстро сказал градоправитель. — Госпожа Флоринда, у нее дар земли. Плодородие почвы, урожаи, изобилие огородов. Данте, артефактор. У него золотые руки, ваше высочество, любой артефакт может собрать-разобрать, починить, создать новый по заданию.