Книга Контракт для герцогини, страница 189 – Ада Нэрис

— Ты… ты пришла за мной? Он… он прислал тебя? — он затрясся. — Скажи ему, что я не хотел! Клянусь, я не хотел! Они сказали, что просто напугают… а потом… о, Боже, Эвелина…

Он закрыл лицо руками, и его плечи затряслись от беззвучных рыданий. Это был не театр. Это была настоящая, сокрушительная истерика загнанного в угол существа.

Эвелина подошла ближе. Она не села рядом, оставаясь стоя, чтобы смотреть на него сверху вниз.

— Доминик не прислал меня. Он не может никого прислать. Он в Тауэре, Себастьян. Благодаря тебе. Благодаря тем «просто напугают», что закончились похищением его жены и обвинением в измене.

Её слова, произнесённые спокойно, без повышения тона, подействовали на него как удар хлыста. Он взвыл, буквально взвыл, зажимая уши.

— Не говори! Не говори об этом! Я не знал! Рейс сказал…

— Рейс сказал, —перебила она, и её голос приобрёл ледяную режущую остроту, — а ты, как марионетка, поверил. И продал родного брата. За что, Себастьян? За долги? За возможность снова блистать в обществе, которое презирает тебя за твоё мотовство и пустоту?

Он поднял на неё мокрое от слёз и пота лицо. В его глазах бушевала буря ужаса, стыда и отчаяния.

— Ты… ты не понимаешь! Он всегда был лучше! Всегда холодный, совершенный, неприступный герцог! А я… я был всего лишь младшим братом, шутом, на которого смотрят свысока! Мне было скучно! А Рейс… он давал ощущение значимости. И обещал, что Доминик просто… отступит. Уедет. Не будет мучеником! А потом… потом всё пошло не так!

— Потому что ты имеешь дело с монстрами, а не с людьми, — отрезала Эвелина. — И теперь ты в их сети. И знаешь что? Они тебя уже списали. Рейс пожертвовал Стерджем. Он пожертвует и тобой. Когда начнётся суд, твоё имя будет следующим в списке «сообщников», которых объявят сумасшедшими или повесят, чтобы замять следы. Ты думаешь, он оставит в живых того, кто может указать на него пальцем?

Реальность её слов, похоже, наконец пробилась сквозь алкогольный туман и панику. Себастьян замер. Его дыхание стало прерывистым.

— Они… они убьют меня?

— Безусловно. Либо королевский палач за соучастие в государственной измене, либо наёмный убийца графа Рейса в тёмном переулке. У тебя один выбор, Себастьян. И это не выбор между жизнью и смертью. Это выбор между казнью предателя и шансом для раскаявшегося свидетеля.

Она сделала шаг вперёд, и теперь он видел не разгневанную невестку, а силу, подобную силе его брата — холодную, неумолимую, но дающую последнюю соломинку.

— Я предлагаю тебе сделку. Ты пойдёшь с нами к королю. Ты расскажешь всё. Как Рейс вербовал тебя, какие обещания давал, как ты передал информацию об охотничьем домике, как знал о плане похищения. Ты отдашь все доказательства, что у тебя есть. Ты станешь главным свидетелем обвинения против графа Рейса.

— Доминик убьёт меня, — прошептал он в ужасе.

— Доминик, — сказала Эвелина, и в её голосе впервые прозвучала неподдельная, почти материнская твёрдость, — никогда не поднимет руку на брата, даже такого, как ты. Его честь не позволит. Но королевский суд — другое дело. Твоё единственное спасение — это покровительство короны. Только король можетдать тебе защиту и, возможно, сохранить тебе жизнь. В обмен на твоё полное и правдивое свидетельство.

Она видела, как в его глазах идёт борьба. Страх перед братом, глубоко укоренённый с детства, боролся с животным инстинктом самосохранения. И инстинкт победил.