Книга Дело в ридикюле, страница 186 – Анна Лерн

Осталось разобраться со вторым. Он попытался отползти, всё ещё держась за колено, но я уже была рядом. Не теряя ни секунды, я нанесла такой же быстрый и точный удар. Тоже в голову, чтобы вырубить его наверняка. Дерево встретилось с черепом, и бандит обмяк.

Наступила тишина, нарушаемая только шумом дождя за стенами и моим собственным прерывистым дыханием. Ноги подкашивались, руки горели от боли, всё тело ныло от напряжения. Я стояла посреди хижины, дрожа от адреналина, и смотрела на две неподвижные фигуры на полу. Бандиты были обезврежены. Не мертвы, но выведены из строя.

Чувство облегчения смешалось с накатившей волной слабости. Я чуть не упала, но удержалась на ногах, опираясь на держак, как на трость. Нужно было проверить Аннабель. Пошатываясь, я подошла к ней. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами: испуганными, но в то же время полными изумления.

— Ты как? — прохрипела я осипшим голосом. — Всё нормально?

— Я… я в порядке… Ты… ты их… — она не могла закончить фразу, потрясённая увиденным.

— Да. Ненадолго, — ответила я, поворачиваясь к поверженным врагам. — Поэтому нужно уходить.

Быстро, насколько позволяли боль и усталость, я обыскала бандитов. Забрала ножи, спички, отставила в сторону целый фонарь. А потом, превозмогая боль, стащила с них кожаные куртки и забрала шляпы. Они очень пригодятся в такую погоду. Одев Аннабель и одевшись сама, я взяла её под руку и помогла подняться. Когда мывышли из хижины, заперла дверь на засов. Свежий, хоть и холодный, мокрый воздух снаружи показался спасительным. Мы были на свободе. Пока что.

____________

* Батайрехт (Bataireacht) — традиционный ирландский и шотландский стиль палочного боя, использующий кельтскую дубинку "бата".

Дождь, который начался еще днём, теперь лил стеной. Крупные ледяные капли барабанили по земле, по листьям деревьев, и я мысленно похвалила себя за то, что сняла с бандитов куртки и шляпы. Ветер усилился, пробирая до костей. Темнота стремительно сгущалась, поглощая последние отблески серого неба.

— Аннабель, милая, нам нужно ускориться, — прошептала я, поддерживая сестру маркиза. Лицо женщины было еще бледнее, чем в хижине, глаза полузакрыты. Она пошатывалась. Удар по голове не прошел бесследно.

Идти было мучительно трудно. Земля под ногами раскисла, превращаясь в скользкую чавкающую грязь. Я чувствовала, как ноет моё собственное тело — рёбра, голова и особенно руки. Держак, на который я опиралась, стал вдруг непомерно тяжёлым. Но я не собиралась его бросать. Он был моим единственным оружием.

Я перекинула руку Аннабель себе через плечо, обняла за талию и, стиснув зубы, упорно тащила подругу по несчастью. Она почти не помогала: ноги женщины волочились по земле.

Вскоре лес вокруг превратился в непроницаемую черную стену, лишь смутные силуэты деревьев вырисовывались на фоне чуть менее тёмного неба. Я ничего не слышала, кроме шума дождя и собственного тяжелого дыхания. Надежда таяла с каждой минутой. Куда идти? Где мы вообще находимся? В панике легко было потерять ориентиры, заблудиться окончательно.

Я заставила себя остановиться. Силы были на исходе: тащить Аннабель дальше по такой погоде и в такой темноте было практически невозможно. Нужно было думать и думать быстро. А паника — худший советчик. Оглядевшись, я попыталась разглядеть какой-то ориентир. Внезапно взгляд зацепился за что-то темнеющее на склоне холма неподалеку. Но это была не просто тень, а углубление в скале. Похоже на пещеру… Прекращать путь не хотелось, но это был единственный шанс найти укрытие от ливня и ветра.