Книга Хозяйка «Волшебной флейты», страница 83 – Анна Эристова, Ульяна Гринь

– Их сиятельство ожидают гостей в салоне, прошу пожаловать, барыня.

С улыбкой я кивнула ему и, придержав подол, поднялась по ступенькам. В салоне тоже было много цветов: и роз, и тюльпанов, и лилий! Да, в оранжереях Потоцких действительно работают чудо-садовники! В мае столько цветов…

– Татьяна Ивановна! Вы сегодня просто восхитительно выглядите!

Княжна Потоцкая была в белом. Но, когда она подошла поближе и взяла меня за руки, словно желая рассмотреть повнимательней, я поняла, что её платье цвета яичной скорлупы. Такой субтильный намёк: вроде бы уже не девица, но ещё на выданье. Елизавете очень шёл этот фасон – юбка-колокол, лиф на бретельках, весьма скромно открывающий поднятую корсетом грудь, а от бретелек кружева цвета слабенького чая, ниспадающие на руки до длинных перчаток в тон платью. Ещё больше княжне шла причёска, разделённая на прямой пробор и собранная двумя пучками локонов по бокам. И цветочки, цветочки повсюду – искусственные на лифе, настоящие в волосах!

– Вы тоже потрясающи, Елизавета Кирилловна. Очень красивое платье, а ваша причёска мне так нравится!

– Правда?! – искренне обрадовалась она, увлекая меня в глубину салона. – Моя Катенька, горничная, мастерица укладывать волосы, а тут я увидела случайно портрет княгини Боленской, звезды Алексбургских балов, и велела Катьке сделать мне такую же причёску.

Ладонью поправила кудри и улыбнулась слегка заискивающе. Я накрыла рукой её руку и уверила:

– Всем очень понравится, не извольте сомневаться. Но неужели я приехала первой?

– Что вы, что вы, Татьяна Ивановна! Гости прогуливаются по саду, пойдёмте, я представлю вас.

Вместе мы вышли в сад, где были расстелены ковровые дорожки и расставлены фуршетные столики, полные бутылок и бокалов, подносов с жареными поросятами, с сырами и тарталетками, со всяческой снедью, от которой слуги салфетками отгоняли мух. Гости маленькими группками по трое и четверо чинно беседовали, попивая вино. Княжна взяла с подноса проходящего мимо лакея дваузких изящных бокала и предложила один из них мне:

– Извольте попробовать шампанское! На сей раз мы закупили его у господина Крыжникова, который совсем недавно открыл ренсковую лавку в городе. Скажите мне, что вы думаете об этом деликатном напитке!

Пригубив из бокала, я снисходительно улыбнулась:

– Неплохо, очень неплохо. Но это не шампанское. Скорее всего, игристое или креман.

– Да вы знаток, Татьяна Ивановна! – воскликнула с удовлетворением в голосе Елизавета Кирилловна. – Это и вправду германский креман! Вас не обмануть. Но право, вот и наш почётный гость, посмотрите! Он беседует с матушкой.

Я посмотрела. В груди родилось нечто тёплое и большое, которое распирало корсет. Приложив ладонь к декольте, я попыталась отдышаться, но удалось это плохо. Все чувства обострились, стало жарко, как этой ночью. Боже, какой он… Какой красавчик, элегантный и строгий, в этом мундире, в этом высоком кивере, в этих позолоченных галунах!

Сердце стучало, как спешащие часы, отзываясь пульсом крови в голове. Наверное, я покраснела или пятнами пошла, поэтому даже отвернулась на несколько секунд. Елизавета Кирилловна заметила моё смущение и встревожилась:

– Вы знакомы? Вам неприятно присутствие графа Городищева?

– С ума сойти, он ещё и граф… – пробормотала я.