Онлайн книга «Хозяйка «Волшебной флейты»»
|
– Ждите меня здесь и не смейте двигаться с постели, – строго предупредила я Городищева и вышла за дверь. Спустилась на улицу, даже не глянув в сторону консьержки. Коляска стояла неподалёку, я махнула рукой Порфирию. Он медленно подъехал, думая, что барыня закончила все свои дела. Жестоко ошибался… – Порфирий, сейчас ты поедешь за доктором. Найдёшь любого хорошего, нормального врача, понял? И привезёшь сюда, на второй этаж, комната номер шесть. Кучер удивился, но кивнул. Я подняла брови: – Езжай же! А сама направилась к трактиру, из которого слышались крики, пьяные голоса, шум. Сумерки уже подкрались к городу, растянули плотное тёмное покрывало и готовились набросить его на людей, чтобы ночь пришла на готовенькое и заявила свои права. Мужиков я не боялась, как та Красная Шапочка из анекдота: лес знаю, секс люблю. Пусть попробуют хоть подойти, получат по яйцам! Трактир оказался не из богатых. По полу в нём была рассыпана солома, едва прикрывавшая грязь, половой в замызганном переднике глянул на меня странным взглядом, а компания за ближним столиком стихла, переглянувшись с другими мужиками. Все они выглядели, как каторжники – лохматые, бородатые, а некоторые бритые, но такого вида, будто под армяками и тулупами (в такую жару!) у них набиты купола и чёрные розы. Но я только задрала нос и прошествовала мимо них с таким видом, будто выросла в этом трактире, а хозяин был моим родным отцом. Вероятно, именно хозяин и встретил меня за стойкой бара. Седой и такой же лохматый, как клиенты, он взглянул на меня исподлобья маленькими светлыми глазками, засунутыми глубоко в складки век. А я улыбнулась ему, очень стараясь, чтобы моя улыбка не выглядела заискивающей, и сказала: – Добрый вечер. Мне нужен ужин для постояльца доходного дома, который тут недалеко. – Барышня, – пророкотал он и прочистил горло. – Ты дверкой ошиблась. Иди-ка отсюда подобру-поздорову. – Я ошиблась? – подняла бровь. – Вы не готовите еду? – Готовим. Но не для таких, как ты. – А откуда вы знаете, какая я? – снова улыбнулась. – Мне просто нужен ужин. Я заплачу. Он оглядел трактир и всех своих клиентов, потом достал из-под стойки большой стакан иочень большую бутылку, наполовину заполненную мутной жидкостью, и налил её в стакан. До краёв. Подвинул мне, подбоченился. Не поняла… Он что, хочет, чтобы я выпила вот это пойло? Интересно, сколько в нём градусов? Не то чтобы мне было страшно. Нет. Просто, ну что за метод такой? Я клиент, такой же, как и остальные! А меня заставляют пить, чтобы принять заказ… Может быть, у Городищева есть плитка, чтобы приготовить хоть суп? Да хрен. У него там едой и не пахнет, а питается полицейский, наверное, по таким вот кабакам, где его принимают за своего. Патриархат, чтоб его бабайка съел… Эх, некогда и негде искать другое заведение, поэтому… Я взяла стакан, шумно выдохнула и сделала глоток. Твою мать! Не меньше шестидесяти градусов! Это убийство – заставлять пить это дерьмо! Глянула на хозяина. Он ждал. Поэтому я просто зажмурилась и выпила всё до дна. С трудом. С большим трудом. Стакан звякнул о стойку, и я спросила, когда снова обрела возможность дышать: – Ну, так я могу получить этот грёбанный ужин на вынос?! Уф. Если так дальше пойдёт, я пойду танцевать и драться… Но, видимо, испытание было не окончено, потому что хозяин с бесстрастной рожей налил мне ещё один стакан. |