Книга Хозяйка «Волшебной флейты». В бегах, страница 58 – Анна Эристова, Ульяна Гринь

— Катька! — позвала княжна, вернув серьгу в шкатулку. — Пошевеливайся же, ради Богини! Причеши меня!

* * *

Я села в карету, присланную из имения Потоцких, в шесть часов пополудни, когда яркое солнце уже потихоньку клонилось за церковную колокольню. В своём новом платье принцессы Фирузе, с обновлённой сурьмой вокруг глаз, с раздраем в душе. И с Уляшей, которая всё хлопотала вокруг, чтобы ничего не забыть, ничего не перепутать.

Мне повезло, что гостей собралось совсем ещё немного, поэтому можно было, не откладывая дела в долгий ящик, переговорить с Лизой. Потоцкое благоухало цветами из оранжереи. Они были повсюду, куда только мог упасть взгляд, и я невольно залюбовалась этим великолепием. Розы и лилии, тюльпаны и ещё какие-то колокольчики сопровождали карету по аллее до самого крыльца. Там я сошла на дорожку, опираясь на руку Уляши, поднялась по ступенькам крыльца до самых дверей, где нас встретил представительный лакей, которого звали, кажется, Семён. Он распахнул створку, провозгласил в глубь дома:

— Еёвысочество, принцесса Шахердистана, госпожа Фирузе!

И поклонился, пока я проходила мимо него.

Фу ты ну ты! Потоцкие умеют принимать, тут ничего не скажешь. Но мне сейчас совершенно не нужно ничьё внимание. Мне бы с Лизонькой поговорить…

Старая княгиня уже спешила ко мне с любезным выражением лица, а в глазах её виделась неподдельная радость.

— Ваше высочество, очень рада, что вы смогли посетить наш скромный дом. Прошу вас, прошу, проходите, освежитесь!

— Моя гос-споша благодарит вас, госпоша, — поклонилась Уляша. Я пихнула её в бок, буркнула неразборчиво:

— Лиза где, спроси.

— Моя гос-споша желает увидеться с молодой княшной, — с ещё одним поклоном, на этот раз поясным, сообщила сообразительная женщина княгине. Та милостиво кивнула и указала на гостиную:

— Пусть принцесса Фирузе расположится на диванчике, я извещу дочь о желании принцессы.

Принцесса Фирузе, то бишь я, тоже поклонилась — но неглубоко, ибо «статус» не позволял. Надеюсь, Наталья Юрьевна меня поймёт и простит.

Уже в гостиной я сказала своей спутнице шёпотом:

— Уляша, будь поблизости и сообщи мне, когда подъедет Раковский, поняла?

Женщина кивнула, скрыв хитринку понимания в глазах опущенными веками. Поклонилась и ускользнула. Похоже, она лучше меня вжилась в роль, которую я уготовила для неё. Из меня восточная принцесса не очень, а вот Уляша настоящая актриса. Жаль будет загубить такой талант!

Место для тайного разговора с Лизой я выбрала давно. В гостиной, где беззвучно суетилась прислуга в последних приготовлениях, возле старинных напольных часов, тикавших гулко и особенно звучно. Там в больших деревянных бадьях стояли три раскидистых экзотических дерева. Пальмы то были или нет, я не поняла, но их листья спускались чуть ли не до пола и надёжно прикрывали меня, скользнувшую за бадьи, от любопытных глаз. Осталось только дождаться Лизу.

Вопрос у меня был к ней один и очень простой. От ответа, который мне даст княжна, зависела моя версия произошедших событий и вообще все мои дальнейшие действия. Потому что с вечера, с визита Гордея я много думала. Чем дальше я уходила в лес, тем толще мне казались партизаны. Толще, наглее и хитрожопее. А главный из них — Раковский.

Из нашего мира — раз.

Делишки водил с мадам Корнелией и с графом Черемсиновым — два.