Книга Наследница замка Ла Фер, страница 150 – Юстина Южная

Дальше пошла привычная эпопея: мы снимали сусло с осадка, переливали, снова снимали, и так далее. Когда же брожение полностью остановилось, еще раз перелили сидр и оставили его на созревание — выдерживаться ему предстояло много месяцев. Как было написано в том же памятном журнале: «Главное, помнить о золотом правиле: сидр делает себя сам, вы только не мешайте ему».

За это ледяное яблочное вино, ощутимо более крепкое, чем простой сидр, я собиралась драть с аристократов втридорога. Во-первых, продукт обещал получиться премиум-класса. Во-вторых, трудозатраты были очень велики, а самого айс-сидра выходило не так много — по моим подсчетам на приготовление одной бутылки такого напитка уходило не меньше семидесяти яблок.

Значит, решила я, сделаем его суперэлитным. Пусть король и его придворные раскошеливаются — и щеголяют друг перед другом бутылками моего сидра, как бриллиантами на своих платьях и шляпах.

Впрочем, заботы заботами и труды трудами, а было и еще кое-что, чем мы все жили эти недели.

Находясь в поместье своего батюшки, Аделин де Граммон произвела на свет ребенка, и, как ни странно, после этого ее дело — по крайней мере, на ближайшие несколько лет — разрешилось самым благоприятным образом. Ребенка ей разрешили воспитывать самой, так как родила она… девочку. Сами понимаете, столь бесполезное существо, как девчонка, не было нужно ее отцу, посему графиню пока что оставили в покое. Потом, конечно, к этому вопросу придется вернуться, но в ближайшие годы ни Аделин, ни ее дочке ничего не грозило.

Все это мы узнали из писем графини де Граммон, и даже разок навестили молодую маму в доме ее отца.

Вскоре после Аделин разрешилась от бремени и герцогиня Мадлен Савойская. Она тоже привела в этот мир девочку, которую назвали Элеонорой. По этому поводу его светлость устроил большой праздник, и, к моей радости, многочисленные застолья не обошлись без набирающегопопулярность сидра графства Ла Фер. Но, видимо, герцог был уж очень счастлив получить жену обратно в свое полное мужское распоряжение, потому что через полтора месяца после праздника стало понятно, что ее светлость опять на сносях…

Наша Каролина тоже времени даром не теряла!

Еще на Рождественском балу стало ясно, что все эти вольты и сарабанды с тетушкиными внуками, так и жаждут перерасти в нечто большее. А уж когда сестренку похитили и оба верных рыцаря кинулись ей на выручку… Ну как в таких условиях не расцвести самым светлым чувствам у двух неискушенных юношей и одной романтичной девушки?! Интрига заключалась лишь в том, кого из братьев предпочтет Каролина.

И вот спустя пару месяцев и пару тонн писем, сестра определилась. Мы с тетушкой Флоранс откровенно делали ставки, но, увы, я позорно проиграла. Почему-то я была уверена, что Каролина не устоит перед бравым морским офицером, наследником графства дю Жене, однако права оказалась мудрая графиня де Шайи, ставившая на скромного Рене.

— Почему все-таки он? — тщательно пряча улыбку, спросила я у Каролины, когда мы, сидя у разожженного камина, обсуждали ее помолвку.

Сестра неожиданно тяжко вздохнула:

— Ох, Лаура, за последнее время произошло столько потрясений… Знаешь, я вдруг поняла, что хочу тихой, спокойной жизни. А с военным это просто невозможно. Рене, по крайней мере, гораздо чаще будет дома.