Книга Наследница замка Ла Фер, страница 127 – Юстина Южная

Единственное, что меня не порадовало, так это настоятельная просьба его светлости не вовлекать в наше дело короля. По крайней мере, на данном этапе. Судя по тому, что я услышала, граф успел оказать некие «бесценные» услуги его величеству (подозреваю, что это были либо крупные денежные ссуды — короли тоже порой нуждаются в свободных средствах, либо какая-то помощь в любовных делах, а скорее, и то и другое одновременно), и поэтому Франциск I в некоторомроде связан в своих решениях относительно Оливье де Граммона.

Иными словами, нам пообещали вызволить Каролину, но никаких санкций на графа никто накладывать из-за происшествия не будет. Это, конечно, возмущало. Да, замечательно, если для моей сестры все закончится хорошо, однако ведь граф может не остановиться на этом, а найти себе другую, менее защищенную жертву, и не одну.

Усилием воли я умерила пыл и напомнила себе, что для начала нужно спасти хотя бы Каролину, а потом уж и об остальном думать.

Вести пришли только ближе к вечеру. Тибо, отправленный нами вместе с тетушкиными внуками, вернулся и привез такой ворох информации, что мы поначалу даже не знали, как с ним справиться.

Его рассказ мы слушали, сидя в покоях тетушки Флоранс.

По словам Тибо, шевалье де Ревилю первому удалось догнать карету и графа. К тому времени похитители успели съехать с главной дороги и по малоприметным тропам добраться до ближайшего леса, где была проложена узкая, но добротная дорога. Исхитрившись, доктор обогнал карету и загородил собой проезд, таким образом остановив маленькую кавалькаду.

Он потребовал, чтобы граф немедленно освободил мадемуазель Каролину, пригрозив в противном случае все рассказать его светлости. Граф на это лишь усмехнулся и ответил, что раз господину доктору так угодно, он может рассказывать герцогу де Монморанси все, что хочет… если, конечно, выйдет из этого леса живым.

Доктор был при шпаге, поэтому мгновенно выхватил оружие и потребовал, чтобы его сиятельство слез с коня и сразился с ним — а там они уж посмотрят, кому остаться в этом лесу, а кому нет. Граф же, вместо того, чтобы принять честную дуэль, сделал знак кучеру и одному из двух слуг, прятавшихся в карете, и те накинулись на шевалье де Ревиля.

Пока доктор удерживался на лошади, ему удавалось отбиваться от двух пеших вооруженных нападающих. Но в какой-то момент Оливье де Граммон улучил возможность, и, дождавшись когда Анри, занятый своими противниками, повернется к нему спиной, выхватил шпагу и нанес предательский удар…

После этих слов Тибо в меня словно раскаленной лавой плеснули.

— Ох! — воскликнула я, вскакивая с места и в совершенно непроизвольном жесте хватаясь ладонью за горло, будто в попытке разжать обхватившие его невидимые тиски. — Что с ним?!

— Он жив, жив,вашсиятство, только ранен, — с поспешностью замахал руками Тибо. — Там дальше-то как было…

И он продолжил рассказывать, как было дальше, пока Мария усаживала меня обратно и просила Татин сбегать за бокалом воды с вином.

Раненого шевалье графские слуги стащили с лошади. Он еще пытался отбиваться, но силы и так были неравны, а тут и вовсе чаша весов окончательно упала на другую сторону. Доктора оглушили и бросили прямо в кустах у дороги. А затем карета вновь помчалась вперед.

Анри нашел небольшой отряд во главе с Пьером и Рене. Этьен, успевший к тому времени догнать тетушкиных внуков, благодаря знакам, оставленным шевалье, четко указал, где похитители свернули с основного тракта и углубились в чащу. На лесной дороге они сначала наткнулись на брошенную лошадь шевалье де Ревиля, а затем обнаружили и его самого.