Книга Мой Мармеладный Принц, страница 38 – Кася Дрим

Ага, выходит, Данька — всё-таки беглый преступник…

— То есть брат твой тоже бежал в это самое иномирье, верно я понимаю? — уточнила подружка. — А от кого? А при каких обстоятельствах? И что вообще вы называете «иномирьем»? Ты ж вроде про наш, — это слово она произнесла с явной насмешкой — мир так отозвался?

Я, воспользовавшись тем, что свой бокал она уже почти осушила, всё-таки не удержалась и легонько пихнула её локтем. Кристи обиженно засопела и проворчала:

— Взялся рассказывать сказки, так пусть хоть красиво излагает, а то ведь всё клещами вытягивать приходится.

— Вы сами своими вопросами и не даёте мне рассказывать последовательно, — равнодушнопожал плечами он.

— Правда, Крис. Давай вопросы потом, — поддержала я. — Пусть Его Высочество излагает, а мы пока мяса поедим. Такая вкуснятина пропадает!

Она демонстративно вздохнула, не дожидаясь Даньки, сама плеснула в свой бокал вина и подцепила с тарелки кусок шашлыка.

Данька бросил на нее короткий взгляд, словно желая убедиться, что теперь её рот занят, а значит вставлять свои каверзные реплики ей будет сложнее, и, удовлетворившись увиденным, вернулся к повествованию.

— Итак, как я уже сказал, для меня эта история началась с побега моего брата три года назад. Правда, о том, что он бежал, я узнал только спустя два месяца, когда умер его дубликат…

Данька сделал паузу, отпил вина и наполнил мой бокал. Кристи, услышав его последние слова на несколько секунд даже жевать перестала.

Я же, забыв о своём недавнем желании укрыться от его взгляда, уставилась на «принца» во все глаза. Что-что, а интригу создать он явно умеет!

Причём сделал он это, судя по едва заметной усмешке, намеренно. Правда и затягивать излишне паузу не стал.

— Для меня, не знающего на тот момент об иномирье, выглядело это так, словно умер сам Дарион. Да, незадолго до «смерти» он стал каким-то странным, но так как я о дубликатах тогда ещё и не подозревал, то списал это на незнакомую и непонятную мне, но всё же болезнь. Как дела обстоят на самом деле мне рассказал мастер Уфир — врач и в целом легендарная личность нашего мира. Мои же родители, как выяснилось, были не столь легковерны, как я. И когда с Дарионом — с тем, кого мы принимали за него — начали твориться непонятные вещи, они обратились к Уфиру с просьбой разузнать, что могло послужить причиной происходящих с их сыном изменений. Нет, их Величества были само собой в курсе о возможности перемещений в иномирье — оберегали от этой информации только меня. Но так как эти перемещения нелегальны, то они просто не допускали мысли, что Его Высочество решится. К тому же у Дариона не было явного и веского повода так рисковать. В конце концов чтобы добыть дубликатор, нужно было связаться с, скажем так, не самыми благопристойными представителями общества. Да и денег требовалось выложить весьма и весьма прилично. В общем, их Величества хоть и догадывались о истинной причине нелогичного поведения «сына», но до конца не желали верить. Оттого и велели мастеру Уфиру разобраться.

Данька умолк. Его потяжелевший взгляд всё ещё был обращен куда-то к призракам прошлого, и создавалось полное впечатление, что он вновь переживает действительно произошедшие события, а не рассказывает нам вымышленную историю.