Книга И всё сначала, страница 64 – Анфиса Ширшова

— У Алекса были свои убеждения, Эни, — грустно улыбнулась Виктория. — Он всегда следовал правилам и не хотел стать угрозой для твоей жизни… А что у вас с Престоном?

Я долго молчала, не зная, что наэто сказать. Но все же ответила:

— Ничего.

А что могло быть? Наверняка он преследовал свои цели, заставив жить с ним в одном доме. После ночи, которую мы провели вместе, он уехал по делам в Джорджтаун, чему я была рада. Он зачем-то звал меня с собой, но я вернулась в госпиталь и не могла так просто уехать. Да и не хотела. Все силы уходили на то, чтобы не думать о той ночи, которую мы провели вместе. Не знаю, почему я не сопротивлялась. Внутри будто что-то сломалось. И не починить.

Спустя еще несколько дней я пришла к Виктории, сама не до конца понимая, как объясню ей, что со мной происходит. Она и правда сначала не понимала меня, а потом вдруг замерла и ахнула.

— Эни, но ведь все эти симптомы… Похоже на беременность.

— Но это невозможно, — пробормотала я. — Алекс… Он делал вазэктомию.

Виктория нахмурилась, но потащила меня проводить УЗИ. И новость, которую она мне сообщила, повергла в шок нас обеих. Срок два месяца.

— Как это возможно? — пролепетала я, ошалело глядя на свой плоский живот. — Алекс не мог иметь детей…

Виктория позвала Оскара. Тот лично вновь провел исследование и подтвердил беременность. На вопрос о вазэктомии почесал затылок и ответил:

— Вообще-то такое невозможно. Особенно, если эту операцию делал ему я.

— А как тогда? — воскликнула Виктория. Ее пробрало не хуже меня. — Это чудо, не иначе!

— Не верю я в чудеса, — скривился Оскар. — Мой совет, Эни: если оставляешь ребенка, то не думай об этом. Алекс был твоим единственным партнером, значит, ребенок от него. Несмотря на… Хмм. Несмотря ни на что.

Кажется, Оскар не верил, что мой ребенок от Алекса. Но я-то точно знала, что у меня кроме него никого не было. Значит, это наш с ним ребенок. Вот он — мой смысл жизни. Хотя Алекс не хотел, чтобы наши дети жили в таком ужасном мире. Но я бы никогда не смогла избавиться от его ребенка. Эта мысль была чудовищной. Но была и еще одна. Следовало как-то рассказать об этом Престону. Я боялась, что он сделает со мной что-то, узнав о том, что я беременна от Алекса. Убьет. И если раньше я сама просила его об этом, то сейчас боялась за своего ребенка.

Он вернулся через три дня. Еще день мы с ним нигде не пересекались, хотя я слышала, как он ходил в своей комнате поздно вечером. Туда-обратно, туда-обратно. Будто в клетке. Боялась,что он придет ко мне, но этого не случилось.

Вечером следующего дня мы столкнулись в гостиной. Он читал у камина, а я спустилась попить воды. Есть тоже хотелось, но стоило увидеть Престона, как аппетит пропал. Тянуть дальше не могла. И я сказала, приблизившись к его креслу:

— Я беременна, Ник.

Он резко захлопнул книгу, поднял голову и уставился на меня, прищурившись.

— Ты говорила, что не можешь иметь детей.

— Я соврала. Чтобы ты не женился на мне.

Он долго молчал, а я решила продолжить:

— Ребенок от Алекса.

— Какой срок? — хрипло спросил он, сжимая книгу в побелевших пальцах.

— Два месяца. Примерно.

— Два месяца, — пробормотал он, а потом вдруг вскочил и быстро пошел к выходу. — Иди к себе. Стой! Кто тебя осматривал? Оскар?

— Зачем тебе? — насторожилась я.