Книга Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть], страница 144 – Яна Смолина

— Я согласна, — сказала она. — Мы в неоплатном долгу перед вами, сеньор Борджес.

— Не берите в голову. Уверен, мы с сеньорой Салес сочтёмся.

Даже в темноте я увидела, как он мне подмигнул, отчего кровь хлынула к голове.

Ступая по неровной земле, мы зашагали следом за Раилем, который вскоре привёл нас к другой повозке, скрытой в тени и почти неприметной. На месте извозчика сидел человек, полностью укрытый плащом с глубокимкапюшоном.

— Я могу быть уверена, что с ними ничего не случится в дороге? — спросила, отстав от ребят на пару шагов и поравнявшись с Диего.

Тот хмыкнул.

— Разве можно хоть в чём-то быть уверенным? Но если и доверять кому жизнь, то только этим двоим. Они вооружены до зубов. И всякая лесная братия пожалеет, если решит сунуться к ним.

— Лесная братия?

— Грабители и убийцы.

— Кто?! Ты что, серьёзно?!

Диего схватил меня за руку, заставляя остановиться. Тогда как парень и девушка уже оборачивались на мой крик.

— Да, Марлен, — прорычал пират, сближая наши лица. — Бандиты и убийцы. А ещё насильники и иногда людоеды. В лесах непросто выжить. Но учти, что с твоими птенчиками будет лучшая моя охрана. И я не знаю, что должно случиться, чтобы Раиль не смог одним ударом положить сразу двоих, а Марион — не увидеть издали засаду на дереве и промахнуться. Твои голубки даже не поймут, что произошло, когда… если возникнет опасность.

— Хорошо, — я высвободилась из его хватки и отступила, продолжая недоверчиво оглядываться. — Ты меня убедил.

Я догнала ребят в момент, когда Горацио помогал своей возлюбленной забраться в экипаж. Увидев меня, Анжела остановилась.

— Марлен! — она сбежала с лестницы и кинулась ко мне, падая прямо в объятия. — О, Марлен! Я буду так скучать! Я полюбила тебя как родную сестру! Ты мой ангел, нет, ты наш ангел! И я боюсь, что когда тебя не станет рядом, всё закончится, всё исчезнет. Я не могу, я так тебя люблю!

Она рыдала, не стесняясь слёз. И даже Горацио потирал ладонью глаза, стоя возле открытой двери повозки.

Я подняла мокрое лицо Анжелы, не переставая гладить её по волосам.

— Вы всё ещё можете остаться. Мы придумаем что-нибудь. В колониях так опасно!

— Нет, нет, мы всё решили. Пусть так. Пусть нас замучают лишения, но в Тальдаро мы больше не вернёмся. Здесь для нас всё закончилось.

— Я знаю о колониях Северной Земли по рассказам отца, мадам, — вступил Горацио. — Люди там простые, работящие, трудолюбивые. Все живут по совести, а если и случаются преступления, народный суд не оставляет их без наказания. Уверен, мы сумеем устроиться.

— Твой отец бывает там?

— Нет. Уже нет. В юности он проходил в тех землях службу. Они слишком далеко, чтобы туда часто наведываться. Да ему и ни к чему это теперь.

— Хорошо.Очень хорошо, — я стиснула их руки, боясь выпустить. — Напишите мне, прошу вас. Когда приедете, напишите хоть пару строчек. Назовитесь Ореццо. И если на моё имя придёт письмо от Альваро и Доминики Ореццо, я буду знать, что это вы, мои дорогие.

По щекам потоком текли слёзы, а я не находила сил, чтобы отпустить ребят.

Не знаю, то ли материнский инстинкт вновь проснулся или я просто привыкла к ним, сблизилась так, как не нужно было, прониклась их судьбой будто своей собственной и как за самых близких людей переживала за этих двух авантюристов.

— Прощай, Марлен! — кричала мне из окна удаляющегося экипажа девушка в сбившемся картузе, который уже не мог удержать ураган её золотых волос. — Прощай, прекрасный ангел!