Книга Мятежная вдова. Хозяйка швейной фабрики [Первая часть], страница 122 – Яна Смолина

Дверь распахнулась, заставляя моё дыхание прерваться, а сердце пропустить удар.

— Окно! — рявкнул кто-то, бросаясь в мою сторону. Зажмурилась, ожидая, что меня сейчас выволокут из этого зыбкого укрытия. Но человек в тёмной форме полицейского лишь свесился за раму и стал озираться.

— Чёртова ведьма сбежала через окно! — вскричал он. — Нэт, Джон, живо за ней. Она не могла уйти далеко! Вяжите этих куриц и в участок их!

Мужчина отпрянул. Когда он покинул комнату, оставив дверь открытой, я поняла, что дрожу. Ничего не могла поделать с этим, всё происходило против моей воли — что-то вроде беззвучной истерики, от которой, пока приступ не пройдёт сам, ничто не поможет.

К счастью для меня, в комнату больше никто не заходил. А когда последние шумы в доме стихли, я медленно отодвинула штору и выглянула в окно. Привыкшие к темноте глаза смотрели туда, где полицейские грубо усаживали последних из женщин в повозку.

Плаща на мостовой не было. Его, видимо, забрали как улику. И оставалось надеяться, что в него не были вшиты какие-нибудь опознавательные знаки типа инициалов или фамильногогерба.

Я осторожно отодвинула штору и направилась к выходу, стараясь не шуметь. До последнего боялась, что полиция оставила здесь какого-нибудь дежурного, который выскочит на меня в самый неожиданный момент. Но ни на балюстраде, ни на первом этаже никого не было. И лишь разбросанная всюду посуда и мебель сообщали о недавнем присутствии жизни и борьбы в этих стенах.

Камин догорал. Стрелки часов отстукивали без четверти полночь. А я с ужасом осознавала, что мне придётся возвращаться домой с другого конца города по кромешной темени.

Оставалась надежда на ночного извозчика, который, хочется верить, дремал где-нибудь неподалёку. Но когда я, стараясь ничего не трогать, выбралась из дома тем же путём, каким явилась сюда, все мои надежды разбились.

Улица пустовала. Нигде вдоль домов, собиравшихся в длинный ряд, не находилось извозчиков. Собственно, удивляться было нечему. Наверняка все они скопились около злачных мест центра города или в порту. Возле борделя.

Передёрнуло от мысли. И всё же я не могла не думать о том, что слышала.

У этих женщин есть документы. Но для чего? Неужели заведение подобного рода работает абсолютно легально? Усмехнулась собственным мыслям. Чему удивляться? Я ведь в прошлом. Тут у людей совсем другие ценности. А те женщины вряд ли имеют право распоряжаться документами. Наверняка они хранятся у хозяина или управляющего, который за порядком следит. Хотя какой уж тут порядок.

Повела плечами от холода и обхватила себя руками. Ночь была зябкой, и моё платье, сшитое из лёгкой ткани, совершенно не грело. Как и перспектива дойти до дома под утро. Я неспроста надела это платье, изготовленное для меня по дизайну Лукаса. Почти полностью чёрное с длинными полупрозрачными рукавами и высоким воротником под горло, оно имело небольшие вставки белого кружева по краям манжетов. От шеи до талии тоже тянулось несколько кружевных линий. И в общем, наряд выглядел довольно сдержанным, делая меня похожей на строгую гувернантку или какую-нибудь старую деву из кино про викторианскую Англию.

Меня вполне устраивал этот образ во многом именно тем, что не привлекал к себе внимания. Вот только тёплую шаль я в тот день не захватила, о чём ужасно жалела, подрагивая от холода.