Книга Колодец желаний. Исполнение наоборот, страница 42 – Чулпан Тамга

Кафе было почти пустым. Предновогодняя суета выкачала из людей все силы, и теперь те, у кого они ещё оставались, готовились дома. За стойкой дремал тот самый хозяин, бывший гидромант. Увидев Артёма, он лишь кивнул в сторону угла, где сидела Вера.

Она сидела за тем же столиком, что и вчера. Перед ней стояла пустая чашка и лежал раскрытый блокнот, заполненный стремительным, угловатым почерком. На её плече лежал тёмный, бесформенный комок — Морфий. Он, казалось, дремал, но когда Артём приблизился, из глубины сгустка донеслось тихое, недовольное шипение, похожее на звук лопнувшей проводки.

Увидев Артёма, она закрыла блокнот.

— Ну что, принесли ордер на мой арест? — спросила она, откидываясь на спинку стула.

Артём сел напротив, положил на стол портфель с блокнотом Кирилла.

— Хуже.

Он рассказал ей всё. Кратко, без эмоций, как доклад. О Кирилле Левине. О его истории. О том, что начальство ИИЖ видит в ней угрозу. О двух вариантах: архив или сотрудничество.

Вера слушала молча. Её лицо было каменным. Только когда он упомянул «архив» и «камеру хранения», её пальцы, лежавшие на столе, слегка дёрнулись. Морфий на её плече зашевелился, обтекая её шею, словно пытаясь защитить или удержать.

— И вы, — сказала она, когда он закончил, — пришли ко мне как посланник доброй воли? Убедить сдаться?

— Я пришёл предложить временный альянс, — поправил он. — Вы хотите найти этого человека. Я — тоже. У вас есть доступ к людям, к слухам, к тому, что не видно в официальных отчётах. У меня — ресурсы института, доступ к базам, технологиям. Вместе мы сделаем это быстрее.

— А потом меня «тихо отпустят, проведя мягкую коррекцию памяти»? —её голос был ледяным. — Спасибо, не надо.

— Если вы поможете нам его поймать, я сделаю всё, чтобы коррекция не понадобилась, — сказал Артём, и сам удивился собственной уверенности. — Вы станете героем, спасшим город от маньяка. С вами будут церемониться.

Вера усмехнулась.

— Наивный. Вы действительно верите, что ваше начальство просто так отпустит человека, который знает их грязное бельё? Который сам является «аномалией»?

— Я даю слово, — твёрдо сказал Артём. — Я найду способ.

Она смотрела на него долго, оценивающе. Потом её взгляд упал на портфель.

— Что это?

— Дневники Кирилла. Его рабочие записи. Я думал, они могут помочь понять, как он мыслит.

Вера протянула руку, открыла портфель, достала старый блокнот. Пролистала несколько страниц, исписанных тем же угловатым почерком, что был на визитке «Салона». Её лицо стало сосредоточенным.

— Хорошо, — неожиданно сказала она. — Я согласна.

Артём почувствовал облегчение, но она подняла палец.

— Но на моих условиях. Первое: я получаю полный доступ ко всем несекретным архивам ИИЖ по этому делу. Всё, что касается Левина, его методов, всех похожих инцидентов за последние семь лет. Второе: я не подписываю никаких бумаг о тотальном неразглашении. Только о конкретных деталях, которые могут помешать расследованию. Третье: я работаю самостоятельно. Вы даёте мне информацию, я даю вам. Но я не ваш агент. Я не буду отчитываться о каждом шаге.

Артём задумался. Условия были жёсткими. Особенно первое. Несекретные архивы — это тонны информации. Но...

— Согласен, — сказал он. — Но с оговоркой: вы не будете копировать и выносить оригиналы документов. Работа только в читальном зале под наблюдением.