Книга Колодец желаний. Исполнение наоборот, страница 33 – Чулпан Тамга

«Черт, черт, черт, — лихорадочно думал Артём, чувствуя, как паника, холодная и липкая, начинает подниматься из желудка к горлу. — Стабилизатор не работает. Протоколы не работают. Что делать? Физическое воздействие? Но он же жертва, он не виноват... А если применить силу, можно сломать то, что ещё можно починить. И как объяснить это в отчёте? „Субъект был нейтрализован физически вследствие неэффективности стандартных процедур“? Стас меня живьём съест...»

Вера внезапно резко дёрнулась, вынырнув из своего транса. Она метнула взгляд по сторонам, её глаза, острые и быстрые, упали на столбик, на котором ещё минута назад стояла её недопитая чашка кофе. Чашка валялась на брусчатке, из неё вылилась тёмная, почти чёрная лужица, уже начинавшая покрываться ледяной коркой.

И тогда она сделала нечто совершенно абсурдное, нелогичное, лишённое всякого смысла с точки зрения магии, протоколов и здравого рассудка.

Быстрым, почти грациозным движением, не свойственным её обычно резкой манере, она подскочила к чашке, подхватила её. В ней оставалось совсем немного — холодной, густой жижи на дне, смешанной с кристалликами нерастворённого сахара. Вера развернулась и, с силой, которой Артём не ожидал от её хрупкой, почти хлипкой на вид фигуры, выплеснула эти последние капли прямо в лицо приближающемуся парню.

Траектория была идеальной. Тёмная жидкость попала ему точно в глаза, в нос, на губы.

Эффект был мгновенным и пугающим.

Парень замер. Не постепенно. Резко. Абсолютно. Как будто у него выключили питание, перерезали все нити разом. Его поднятые руки застыли в воздухе, пальцы всё ещё согнуты в когти, но теперь это была просто поза, лишённая смысла. Пустой взгляд, залитый тёмной, липкой жидкостью, на миг прояснился — в глубине коричневых глаз мелькнуло непонимание, боль, животный ужас от происходящего, от того, что он делает, от того, что с ним сделали. Потом его тело дёрнулось в странном, судорожном спазме — не как у эпилептика, а скорее, как у сложной куклы, у которой вдруг порвались все нити управления.Спазм прошёл от макушки до пят, заставив его вздрогнуть всем телом.

Он издал короткий, хриплый выдох, похожий на «ах», на последний выход воздуха из лопнувшего шарика, и рухнул на землю. Не в обморок, не потеряв сознание от удара. Просто обмяк, как тряпичная кукла, у которой убрали каркас. Упал на бок, подогнув колени, и затих. Только грудь слабо вздымалась в быстром, поверхностном ритме.

Наступила тишина. Даже толпа на мгновение замерла, поражённая странным, почти сюрреалистичным зрелищем: мужчина в строгом пальто, девушка, прижавшаяся к колодцу, рыжая женщина с пустой чашкой в руке и тело на земле, с тёмными подтёками на лице. Это не было похоже на драку, на преступление, на что-либо знакомое. Это было что-то из другого измерения, и это пугало больше, чем открытое насилие.

Артём стоял, не в силах пошевелиться, не в силах даже моргнуть. Его мозг, тщательно обученный анализировать, классифицировать, находить причинно-следственные связи, отказывался обрабатывать увиденное. Он смотрел на лежащего без движения парня, на тёмные, липкие подтёки кофе на его бледном, почти синюшном лице, на пустую, дешёвую пластиковую чашку в руке Веры. Кофе. Холодный, сладкий, возможно из автомата. Это что, какой-то магический реагент? Раствор солей железа? Настойка полыни? Нет, он чувствовал — в момент, когда жидкость коснулась кожи парня, произошёл короткий, но мощный всплеск... чего-то. Не магии в привычном понимании. Не структурированного заклинания, не направленного импульса. Что-то другое. Что-то резкое, хаотичное, как удар грома среди ясного неба. Что-то, что резонировало с тем самым «чужим хочу», с этими натянутыми нитями, и разорвало их, как ударом током, как лезвием по натянутой струне.