Книга Колодец желаний. Исполнение наоборот, страница 121 – Чулпан Тамга

— Архив, — выдохнул он, и это слово прозвучало в его устах с почти религиозным благоговением. — Любовь Петровна. Она — живой, дышащий каталог. Она не просто знает дела — она знает индексы,перекрёстные ссылки, историю изменений, побочные ветвления каждого «хочу» за последние три десятилетия. Она может найти не просто нить — она может выдать нам полную принципиальную схему подключения. Общий знаменатель.

— И что? Мы сложим из этих выдержек и цитат красивую петицию? — Вера снова позволила себе слабую, горькую усмешку, но в ней уже не было прежнего яда. — «Уважаемый и глубокочтимый Колодец! Нижеподписавшиеся граждане, проанализировав статистику, имеют честь предложить к исполнению обобщённый запрос под кодовым названием «Базовое человеческое счастье». Исполнить, пожалуйста, в порядке общей очереди, с учётом норм распределения»?

— Нет, — сказал Артём, и теперь в его голосе зазвучала та самая профессиональная, расчётливая, инженерная нота, что обычно появлялась перед составлением сложнейшего, многоуровневого отчёта или запуском рискованной процедуры. — Мы не будем ничего просить у Колодца. Мы… предложим ему альтернативную модель работы. В тот самый критический момент, когда Левин выпустит свой вирус, свою парадигму «каждый сам за себя», мы предложим Колодцу другой выбор. Не паразитическую, потребительскую идею «хочу, чтобы всё было по-моему и немедленно». А… изначальный принцип. Основу, на которой он, в глубине своей сути, всегда работал, даже когда мы этого не замечали. Принцип связи. Взаимности. Баланса. Того самого «по-нашему». И мы дадим ему для этого не просто слова… а материал. Энергию. Топливо. Те самые миллионы тихих, настоящих, выстраданных желаний, накопленных за годы. Не как список требований, а как… капитал доверия. Чтобы у него были ресурсы, чтобы он мог сам, сознательно, отвергнуть заражённую, эгоистичную модель.

Он замолчал, сам осознавая титаническое, почти бредовое безумие сказанного. Это выходило далеко за рамки любого регламента. Это было даже не магией в привычном, технологическом понимании ИИЖ. Это была попытка вступить в дипломатические переговоры с архетипом, с воплощённой в камне и магии идеей, и предложить ей сменить парадигму.

— Ты говоришь так, будто Колодец — это живое существо с характером и свободой воли, — тихо, без насмешки, заметила Вера.

— А разве нет? — Артём посмотрел на неё, и в его взгляде горела странная смесь отчаяния и одержимости. — Согласно засекреченному внутреннему отчёту «О природе долговременныхфокусов силы», том 2, любой подобный объект постепенно антропоморфизируется массовым восприятием пользователей. Он не просто пассивный передатчик. Он отражает не только букву желаний, но и отношение к ним. Если все поколения относятся к нему как к автомату по выдаче чудес — он и будет вести себя как сложный автомат. Если в него вложена идея святыни — он будет святыней. А если… если обратиться к нему не как к аппарату, а как к партнёру? Предложить не транзакцию, а союз?

Машина уже въезжала в более освещённые, но всё ещё сонные предновогодние районы. Начали попадаться люди — редкие, торопливые прохожие, кутающиеся в шарфы; парочки, несущие из магазинов нарядные пакеты с подарками; подростки, что-то кричащие и смеющиеся у подъезда. Обычная, мирная, бытовая жизнь, которая даже не подозревала, что её фундамент может дать трещину ровно в полночь.