Онлайн книга «Клянусь, я твой»
|
44 — Эй, приятель! Подлей-ка ещё «Джин-тоника» моему прелестному другу! Бар ревёт оглушающим грохотом музыки, перед глазами немного плывёт от выпитых напитков и мелькающих вспышек неонового света, и я начинаю чувствовать, что меня немного шатает на барном стуле, несмотря на небольшое количество выпитого, а Блейк рядом только смеётся и всё пытается затеять разговор с барменом, который протираетстаканы, неуверенно косясь на меня, очевидно, размышляя, что может быть общего у заядлого заводилы и почти трезвого зануды вроде меня. Я же всё не могу перестать думать о том, верно ли мы поступили, подписав этот сомнительный контракт. Его успех мы собственно и обмываем сейчас. — Нет, дружище, извини, но я пас. Меня дома ждет моя беременная жена. — Жена? — Блейк вскидывает бровь, подсунув пустой стакан бармену, когда тот потянулся, чтобы забрать со стола грязную салфетку. — Это гражданская что ли? Я поднимаю глаза от стойки и вижу, как бармен протягивает ко мне по столу виски со льдом. — Нет, спасибо, мне хватит. — Кейн, даже слушать не хочу. Вот так, дружище, — Блейк принимает очередную стопку из рук молчаливого бармена. — Спасибо. Кейн, это тебе. Я плачу́. В небольшом баре людно, темно и душно. Мы приехали сюда около часа назад, или больше… Честно говоря, время тянется так долго, да это и неважно. Это раньше мы с Блейком часто заседали здесь по выходным, оба холостые и в свободном полете. Но сейчас мне кажется, что всё-таки это весельелживое, все эти люди — они просто играются, алкоголь и шум толпы делают тебя счастливым, только до тех пор, пока ты не покинешь этот маленький мирок с его громкой музыкой, развязанными языками и грязными тайнами. В этом мирке невозможно жить. В нём можно только прятаться от одиночества. Но дело в том, что мне больше не хочется прятаться. Ким… Она ждёт меня. Я смотрю на этот прозрачный в наполненном до краев стакане напиток, понимая, что вряд ли его вообще сегодня буду пить. — А что Кимберли против того, чтобы ты заседал по выходным с друзьями? — кивнув на протянутую барменом по столу очередную наполненную стопку, Блейк касается ее кончиками пальцев и с интересом косится на меня. — Да нет. Тут дело не в этом. — А в чем же? Давай, приятель, облегчи душу. Внутреннее напряжение, которое, казалось,непокидало меня весь вечер, оставляет меня — я наблюдаю, как от выпитой текилы Блейк краснеет и краснеет, и уже совсем не вижу в егорасслабленных чертах образ, который вечно держит меня в подвешенном состоянии. Он… другой. Свой в доску. Впервые я это понял год назад, когда этот мужчина помог мне выпутаться из череды проблем. Внешне опасный, внутренне — верный и рассудительный. Я все же решаю поделиться своими треволнениями: — Я не понимаю, что делаю не так. Кимберли не доверяет мне. Она считает, будто я способен побежать за первой встречной юбкой… — Ревнивая, — скучающе констатирует Блейк. Морщась от выпитой залпом текилы, он отодвигает от себя стакан, закусив лаймом. — Моя тоже ревновала. Я вскидываю на него изучающий взгляд: — Кристен? — Она самая, — Моррис отрицательно качает головой, когда бармен решает подлить ещё, дав понять, что пока что хватит. — К каждому фонарному столбу. Поначалу мне это даже нравилось. Это же страсть, полнота. Добавляет остроты в отношения. Но со временем ты понимаешь, что это ужасно изматывает… |