Книга Гипноз, страница 61 – Макс Ганин

– Это зависит от эмоциональности восприятия информации и от персональных особенностей организма. В общем, когда как. Я сразу хочу вас предупредить, чтобы вы не ждали прогресса после первых же процедур. Процесс этот длительный и непростой, поэтому советую вам набраться терпения и сил. После каждого сеанса я буду вызывать одну из вас в этот кабинет и рассказывать о том, что ему удалось вспомнить. Это необходимо для того, чтобы объективно оценить информацию из его сознания – правдивая она или это плод вымысла. На основании ваших ответов я буду моделировать дальнейшее общение с Григорием во время гипноза.

– Вот что я хочу вам сказать, профессор, – начала издалека Екатерина. – Хоть мы с ним как мать с сыном и были близки, но тем не менее я многого о нем не знаю, как, впрочем, и его жена, поэтому то, что он рассказывал мне по секрету, могу знать только я, а то, что он говорил ей, – только она.

– А могут быть и такие вещи, которые никто из нас о нем не знает и даже не предполагает, что с ним это происходило, – добавила Оксана. – Мы многое про него не знаем. Что правда, а что нет.

– Давайте начнем, а там посмотрим! Поверьте, в основном под гипнозом пациенты говорят правду, потому что я воздействую на их подсознание, а его контролировать могут единицы.

– Давайте попробуем, правда… – согласилась Екатерина.

– Теперь один из главных вопросов – с чего мне начинать? – спросил профессор. – Какие воспоминания мне из него вытаскивать в первую очередь, помимо семьи, работы?

– Попробуйте, пожалуйста, узнать, успел ли он получить деньги в банке или нет, и если да, то куда они делись? – попросила Екатерина.

– И где еще лежат наши деньги? – добавила Оксана.

– Хорошо. Я постараюсь! – ответил Зураб Ильич, делая пометки в своем блокноте. – У меня домашнее задание для всех родственников! Наблюдайте за ним очень внимательно и запоминайте все его необычные поступки, движения, фразы. Мне интересно, как он смотрит фильмы по телевизору, как встречается и общается со знакомыми по старой жизни людьми, как гуляет по улице, как играет с детьми. Я каждое утро перед началом сеанса буду общаться с одной из вас и расспрашивать о предыдущем дне. Мне это очень важно для работы. Понимаете? Заведите дневник и записывайте туда все, что видите и слышите. Так нам будет проще.

– Мы все сделаем, как вы просите, Зураб Ильич! – ответила Екатерина. – Мы можем ехать?

– Формально, так как ваш сын и муж считается дееспособным и в принципе нормальным человеком, я обязан получить и его согласие на гипноз. Пойдемте к нему и обсудим с ним этот вопрос! – потребовал Келидзе, жестом пригласив дам подняться и проследовать вслед за ним.

Гриша с Богданом сидели на стульях в предбаннике и думали каждый о своем. Профессор появился из темноты коридора стремительно и неожиданно для них обоих, так что Григорий даже вздрогнул от неожиданности.

– Григорий! Я обсудил способ и порядок лечения с твоими мамой и женой, но мне нужно и твое одобрение. Я буду делать…

– Я согласен! – быстро ответил Гриша, прервав профессора. – Вы мне нравитесь, и я уверен, что ничего плохого вы мне не сделаете.

– Это прекрасно. Тогда я жду всех вас завтра в десять утра! А вы, – обратился Келидзе к Екатерине и Оксане, – пройдите на первый этаж в договорной отдел и оформите все бумаги, оплатите сегодняшнюю консультацию. По поводу персональных данных я им сейчас позвоню и обо всем распоряжусь.