Книга Гипноз, страница 55 – Макс Ганин

– В амнезию! – поправил Зураб Ильич. – Эта болезнь, если все так, как вы рассказываете, называется амнезия. Я переговорю еще с вашей невесткой, а потом с сыном и после этого смогу точно вам сказать, прикидывается он или нет. – Келидзе развел руками и улыбнулся Екатерине, заметив ее злой взгляд после его предположения о мошенничестве сына. – Простите меня, конечно, но я тут такого в институте насмотрелся, таких историй наслушался, что вам и в голову даже прийти не может! Поэтому в первую очередь нам надо исключить вопрос лжи с его стороны, потому что если это так, то ему нужны другие специалисты. Хотя, судя по его пустым глазам, скорее всего, он мой пациент. Позовите, пожалуйста, невестку, мне надо теперь с ней переговорить тет-а-тет.

Екатерина вышла из кабинета, не закрыв за собой дверь, и вернулась в предбанник ко всем остальным. Оксана тут же вскочила, увидев свекровь, и пошла к ней навстречу.

– Ну что?! – спросила она немного растерянную мать мужа.

– Иди к нему! Он теперь с тобой хочет говорить. У него такой взгляд тяжелый и пытливый. Я так устала от разговора с ним, как будто смену в забое отстояла, – произнесла Екатерина и плюхнулась без сил на стул рядом с сыном.

– Оксана!!! – зазвучал громкий голос Келидзе из кабинета. – Я вас жду!

– Бегу! – крикнула в ответ она и поспешила на разговор.

– Заходите и закрывайте дверь! – распорядился Зураб Ильич. – Расскажите, пожалуйста, как чувствовал себя Григорий в день исчезновения? Может быть, вы заметили что-нибудь необычное в его поведении в тот день?

– Нет, ничего необычного не было! Он вел себя, как всегда. Шутил, был на подъеме, очень хотел поскорее все закончить в Москве и вернуться обратно на дачу. Он так долго ждал этой сделки в банке, так к ней долго готовился, что в это утро прямо летал от счастья, что наконец-таки сегодня все закончится и можно будет вздохнуть с облегчением. Вы поймите, на нем мертвым грузом висела ответственность перед родственниками и их друзьями за деньги, которые они внесли в его инвестиционную компанию и, которую у него забрали недруги во время захвата бизнеса. Поэтому он решил отдать клиентам свои личные сбережения из офшора и спокойно продолжить бороться, без пятой колонны у себя в тылу.

– Что вы имеете в виду?

– Клиенты грозились написать на него заявление в милицию, а нам этого совсем было не надо, потому что это сильно бы осложнило наши переговорные позиции с противоборствующей стороной.

– А кто эта противоборствующая сторона? Я спрашиваю не из любопытства, а для того, чтобы понимать, на какие рычаги мне давить в разговоре с вашим мужем, чтобы вызвать у него ответную реакцию и воспоминания.

– Его бывшие друзья и соучредители объединились и захватили его компании.

– То есть для него это было серьезным ударом и стрессом?!

– Конечно! Он очень сильно переживал по этому поводу. Он этим людям верил на все сто, а они его предали.

– С этим понятно. Расскажите, как он отреагировал, когда увидел вас два дня назад? Где, кстати, это произошло?

– В одном из кабинетов отделения милиции в Шатуре. Нас туда пригласила сотрудница, которая занималась делом Григория. Он стоял у окна, и когда я вошла, посмотрел на меня с большим недоверием, как на абсолютно незнакомого человека. А когда я его обняла, почувствовала, что он сторонится меня, как будто я ему неприятна.