Книга Презумпция виновности. Часть 2. Свой среди чужих, чужой среди своих, страница 192 – Макс Ганин

***

Прошло уже три недели с момента договоренности Григория и Матвея Жмурина о предоставлении последним трехсот тысяч для биржевой торговли. Гриша на эти деньги хотел за оставшиеся девять месяцев подзаработать себе выходное пособие на какое-то время, чтобы спокойно искать работу на воле и при этом не клянчить деньги у родственников. Но средства на счет Тополева от Моти так и не приходили. Они нередко пересекались в столовой, обменивались приветствиями на расстоянии. Гриша не напоминал, а Матвей претворялся, что забыл.

— Второй раз обещает и не делает! — как-то посетовал Григорий Переверзеву. — Характеризует его неправильно… Раз договорились, так сделай, а если передумал, имей мужество в этом признаться, чтобы человек понапрасну не строил планов и не надеялся.

— Да он, кроме себя, никого больше за людей не считает! — с отвращением посмотрев в сторону Жмурина, сидящего в другом конце столовой, произнес Переверзев. — Мы все для него быдло! Один он великий и недооцененный финансовый гений. Для него кинуть партнера — как стакан воды выпить, а уж тебя — человека, про которого он забудет, как только ты исчезнешь из его поля зрения, — и подавно.

— Больше напоминать ему не стану. Это уже совсем неприлично, — с грустью подытожил Григорий.

— Вот и правильно, а то станешь как они, — Переверзев кивнул в сторону суетящихся вокруг Матвея шестерок и прихлебателей. — Посмотри: одни ему еду приносят; вторые доступ к нему охраняют, чтобы, не дай Бог, какая-нибудь шваль не подошла со своими вечными просьбами о деньгах; третьи в рот ему смотрят, каждое слово ловят и ржут как кони над его тупыми шутками, а четвертые сейчас в бараке вещи ему стирают и постельку убирают. Тьфу! — Переверзев сделал вид, что плюнул. — Противно смотреть! Он сейчас типа смотрящего в своем десятом отряде, но вот увидишь: скоро он захочет стать смотрящим за всей красной стороной. Уж больно лавры Космоса ему покоя не дают!

***

Первого февраля, ближе к вечеру, на зоне началось броуновское движение: стало известно, что завтра в лагерь приедет губернатор Тамбовской области. Его приезда ждали давно и анонсировали еще в конце прошлого года, но не случилось. А тут вдруг едет! С вахты просочилась информация, что он точно приезжает и, более того, будет ходить по колонии и заглядывать в бараки. Понаехали и прибежали все: руководство управы ФСИН в полном составе — от начальника до последнего заместителя, весь офицерский состав ИК-3 — даже те, кто был в отпусках и отсыпался после дежурства, руководители других колоний области.

Первым делом стали срочно вывозить мусор, скопившийся за три месяца. Всю ночь зэки убирали снег, а там, где его было слишком много, делали фигурный кантик. Все бараки драились с порошком, выделенным замом по тылу под роспись завхозов. Комиссия из управления службы исправления и наказания не вылезала с красной стороны и промки, стараясь контролировать каждое действие местных руководителей. В сварочно-сборочном цехе наспех соорудили выставку достижений Тамбовского ФСИН. Из других колоний были срочно доставлены образцы выпускаемой ими продукции и красиво расставлены в зале цеха. Привезли даже манекены, которых одели в образцы одежды и обуви, произведенные на всех зонах Тамбовщины. Когда бугор металлического цеха Габриэлян, руководивший наведением порядка в выставочном зале, заинтересовался ботинками, это заметил полковник из Тамбова и подошел к нему.