Онлайн книга «Искатель, 2006 № 11»
|
Когда возле калитки валялось уже с дюжину окурков, Мотин сказал: — Ладно, полетим. Но если это, — он ткнул пальцем в так ни разу и не загоревшуюся красную лампочку, — не то, что мы думаем, я сразу же поворачиваю обратно. — Но проблем, — сказал Гоша. 12. — Так и должно быть? — спросил Гоша спустя час и триста тридцать лет. — Погоду я не угадываю, — голос у Мотина дрогнул, и, возможно, не от холода. Гоша поежился, шумно вздохнул и поднял куцый воротничок крутки — хотя тот и не собирался защищать от холодного дождика, сеявшегося с серого, затянутого тучами неба. Он вынул из кармана сканер, вызвал развертку. Сканер послушно нарисовал в воздухе линии и прямоугольники, но огоньков на карте не оказалось — и это было странно, ведь Машина возникла на далекой окраине подмосковной Апрелевки. В Апрелевке Мотин бывал несколько раз, последний — году в 98-м, и даже, кажется, в этих местах, — но сейчас ничего узнать не мог. Машина стояла в центре низинки, заваленной разнообразным мусором. Под пологом из переплетенных конструкций еще лежали серые грязные сугробы. По левую руку, метрах в трехстах, возвышалась слепоглазая коробка многоэтажки. — Ну что, народный герой, — спросил Гоша, — ответишь ты мне: где должен быть народный герой? — Вместе с народом, — правильно ответил Мотин, не спеша вылезать из Машины. — Ол райт, мой друг, ол райт. Так пойдем же искать народ! Мотин нехотя выбрался на природу и затрусил вверх по скользкому склону, цепляясь за мокрые ржавые железяки. Наверху оказалось не лучше. Дул влажно-стылый и чем-то неприятно попахивающий ветерок — как сквозняк в пустом старом доме, а еще казалось, что дождь здесь сеет сильнее. Гоша огляделся и скорбно вздохнул. Мир был неопрятен и изрядно запущен. За девятиэтажкой в отдалении виднелись растушеванные туманом и легкими сумерками другие дома, такие же облезлые, обшарпанные, пустоглазые. Прямо по курсу сбились в стадо грязные коробочки гаражей. Правее их виднелся перекосившийся, черный от дождя заборчик — там, наверное, когда-то были огороды. Дальше простирался пустырь, покрытый свалявшимися космами прошлогодней седой травы и редкими кустиками сорняков. За пустырем была роща, еще голая, пустая. Между гаражами и огородами шла грунтовка. Кажется, за гаражами она закруглялась в сторону домов — но не слишком торопливо, как хотелось бы. Гоша подумал и уверенно направился в сторону домов напрямик. Видимо, забыл в своей Америке, что значит передвигаться по весенним российским полям. Правда, через пять минут он вспомнил, но возвращаться было уже поздно, и Гоша упрямо пёрся вперед, неся на кроссовках по пять килограммов родной земли. Соскучился по ней, родимый… Мотин не скучал, но тоже терпеливо тащил приставшие к ногам килограммы — и даже не очень вначале испугался, когда появились зверики, настолько это было закономерно — дождь, холод, грязь… ну как тут без звериков? Наверное, замаскировавшись под кучи мусора, эти трое уже какое-то время наблюдали за людьми, потому что возникли внезапно и слишком близко — метрах в двухстах, даже меньше, потому что через секунду пискнул сканер, а он улавливал на более близком расстоянии. — Успеем! — заревел Гоша и заработал кроссовками, как гребной пароход — колесами. И в самом деле — до домов оставалось метров тридцать. Но зверики оказались не в пример проворнее тех, что он видел в далеком будущем. Эти походили на гиен-мегацефалов, с непомерно большими, огромными мордами, с распахнутыми от плеча до плеча широкими зубастыми пастями, с мощными когтистыми лапами… Они сразу же сорвались в бешеный галоп, и Мотин понял: от таких не уйдет и Брумель. Мотин сорвал с плеча ружье и, не целясь, выстрелил в вырвавшегося вперед гиганта. Заряд вонзился в землю прямо перед звериком, взметнув такой роскошный веер грязи, что Мотин даже порадовался: не убил, так извазюкал… |