Онлайн книга «Искатель, 2006 № 11»
|
— Трофим, ты уверял меня, что воспримешь расставание с Варварой спокойно, как должное. — Значит, это был не идеальный сценарий. Имей я возможность, я бы остался с Варей, сделал так, чтобы все было правдой, она — медсестрой, мы бы с ней жили вместе. — И тебя не волнует то, что люди могут исчезнуть из-за БВИ? Только потому, что тебе хочется быть любимым? На эти вопросы я не хотел бы отвечать. — А почему ее звали Варварой? Уланский не ожидал, но ответил: — Твою единственную супругу так звали. Она умерла, прости. — Надеюсь, вы в этом не виноваты, и она умерла не по моему сценарию. Наверное, я пошутил, но никто не улыбнулся. Я вдруг вспомнил кое-что: — Мои родители любили старину? И поэтому назвали меня таким именем? И я тоже любил старину, только совсем недавнюю старину. И история — это всего лишь мое хобби, да? — Да, Трофим, так и есть. Прости, у нас действительно очень мало времени. Нужно будет много чего сравнивать, пробовать, анализировать, прежде чем мы получим вещество, которое убьет вирус водяного истощения. Хотя вирусом его называют чисто условно. Нужно сделать еще один анализ, прежде чем ты поедешь в другую больницу, где у тебя вернется память. Уланский достал прибор, похожий на большой напалечник, и всунул мой указательный палец в него. Боли я не почувствовал. — Несколько минут. Это новинка, пока еще не поступила в продажу. Кое-кто хочет на этом сильно поживиться. Память начала ко мне постепенно возвращаться. Когда я был студентом, гулял по ночной осенней Москве. Ко мне подошли два милиционера, щелкнули радужную оболочку глаза, а в базе данных то л и произошла ошибка, то ли еще что, но числился я как сбежавший уголовник. Они меня избили, тогда-то и поломали ребра. — Можно я вернусь в свою палату? — Да, конечно. — Старик смотрел на экран. Я почти уже вышел, как он вскрикнул: — Не может быть! Это ошибка. Я обернулся. Уланский был белее висящего на спинке кресла халата главврача. — Нужно еще сделать анализ. Дрожащей рукой он всунул мне прибор на палец, потом снова вернулся к экрану. Я стоял и ждал, никак не реагируя и не пытаясь понять, что происходит. Правда все это или конечный этап моего же сценария — я не знал. — Не может быть, — крутил головой старик. — Не может быть. Трофим, ты болен водяным истощением, — сказал он так, как говорят, что дважды два равно пять. — Ты же был здоров, мы специально целых семь дней проверяли, все было идеально. Полчаса назад ты был здоров! Да, был. Когда-то я был Трофимом, потом Евгением, а сейчас… Мне все равно… * * * Из дневника Льва Уланского. «Нет, я был не прав. Ничего это не провал. Время есть, мы успеем спасти Трофима. Антивирус будет готов не раньше чем через год, сколько же времени у него — неизвестно. То ли это новое заражение, то ли вернулось старое — непонятно. Сценарий у нас есть, повторим все точь-в-точь, только ничего не буду ему рассказывать, а сразу пусть все вспоминает. И пусть разбирается с механизмом подсознательного лечения. Ему бы еще в себе разобраться… Не знал мальчик, как сильно ему не хватает любви. Не думал, что так выйдет. Но оно даже лучше. У нас больше материала д ля обработки. Лекарство мы выделим раньше. Уверен, что этим механизмом можно излечиться от любой болезни. Все, мне пора. Через два часа должен сесть в аэробус и сыграть свою роль. Актриса будет та же, Катерина. Поражает меня ее безразличие, но так даже лучше. Вообще, странно, что Трофим ее выбрал. Она совершенно не похожа на его Варвару. У Варвары была короткая стрижка и иссиня-черные волосы, а у той все наоборот. Варвара умерла в двадцать три, а актрисе за тридцать. Черты лица похожи разве что — нос, губы, подбородок, глаза… Варя была, по словам Трофима, типичной пацанкой, но очень женственной и ласковой, а Катерина — типичная секси-леди, блондинка со стажем. Ну да ладно, главное, что он в нее влюбится. |