Книга Искатель, 2006 № 12, страница 6 – Журнал «Искатель», Владимир Жуков, Светлана Ермолаева, и др.

В случае болезни, командировки, отпуска или каких-либо других непредвиденных обстоятельств служащая Дома свиданий обязана была сообщить заранее Матильде Матвеевне или, как моментально и метко кто-то из девушек окрестил ее, Мат-Мат, или с подковыркой — Мать-и-мачеха. Тоже цветок. Таким образом, побочное, но прибыльное занятие проституцией удавалось, по крайней мере, до сих пор, хранить в тайне ото всех: от близких и сослуживцев. Друг о друге они также ничего не знали.

Дом свиданий существовал и благополучно процветал уже четвертый год. Цены за услуги были довольно высокими и повышались по мере инфляции. В сейфе у Мат-Мат всегда были запасы сигарет и спиртного — на любой вкус. Клиенты были не с улицы — по звонку, по записке — от посредников, имевших свою долю и работавших завзалами в ресторанах, администраторами в гостиницах. Менялись служащие, менялись клиенты, и все шло тихо-мирно, как и положено в добропорядочном доме с такой милой, приветливой, услужливой хозяйкой, хотя она и драла три шкуры за все: за услуги девочек, за дополнительные услуги.

И вот как снег на голову — эта смерть. И что ей взбрело в голову повеситься здесь, а не в своей квартире? Такая молодая, такая красивая… Может, убийство? Мат-Мат даже в жар бросило, хотя в комнате было прохладно, из форточки лился свежий утренний воздух.

— Добропорядочный дом, говорите. Да-а-а… — вздохнул Горшков. — Возможно, внешне все так и выглядело. А что было внутри? Я имею в виду в душе ваших служащих? Не испытывали ли они угрызений совести, занимаясь постыдным ремеслом, живя двойной жизнью?

Зилова глянула на него с нескрываемой усмешкой.

— Они что — дети несмышленые? Не знали, на что шли? Силой я никого не принуждала. Любая из них в любое время могла отказаться от работы, предупредив меня, как мы договорились заранее, за две недели, чтобы я успела подыскать замену. У нас, как и в госучреждениях, существуют свои, хотя и неписаные, правила.

— Например?

— Ну… Не заводить постоянных отношений с клиентами вне стен нашего Дома.

— Так строго?

— Да, пришлось пойти на подобный запрет — для блага самих же девочек. Ведь прежде всего они заинтересованы в сохранении тайны их занятий во внерабочее время.

— Так, с вашим бизнесом все более или менее ясно, у меня лично претензий нет. С какого времени служила у вас Маргарита Сергеевна Павлова?

— Примерно с полгода прошло. Я дам вам ее личный листок. — Зилова выбралась из кресла, открыла сейф, достала стопку бумаги, перелистав, выбрала один лист и протянула следователю.

— Вам приходилось с ней беседовать? Как часто? Что вы можете сказать о характере этой женщины?

— Никаких интимных бесед, никаких лишних сведений о наших служащих — это тоже входит в правила. Если клиент выбирал ее фото, назначал день и час, я сообщала ей по телефону за два дня до назначенного свидания.

— А деньги? С кем рассчитывался клиент? С ней или с вами?

— Ну, разумеется, со мной. Их заработок вручался им один раз в месяц.

— А мог ли клиент заплатить дополнительно — самой женщине?

— Ну, я не знаю. Это их личное дело — его и ее. Запрета во всяком случае в наших правилах не было.

— У вас есть квартира помимо этой комнаты?

— Да, в ней живет моя дочь с зятем и внуком.

— Значит, вы постоянно проживаете здесь?

— Конечно, нет. Здесь я работаю, бываю утром до обеда, принимаю заказы, сообщаю служащим, по вечерам собираю деньги, иногда выдаю сигареты или спиртное. Ночую дома. Видите ли, мне не хотелось бы, чтобы мои близкие люди знали о моем бизнесе. Они могут неправильно понять, дочь я воспитала в строгих нравственных устоях.