Книга «Морская ведьма», страница 147 – Алистер Маклин

Капрал Бродбент был одним из тех, кто оказался ближе всего к кораблю, когда тот пошел ко дну. Когда «Ланкастрия» перевернулась, Бродбент увидел человека, запертого в каюте и отчаянно пытающегося разбить толстое закаленное стекло иллюминатора. В одно короткое мгновение перед капралом мелькнуло искаженное ужасом лицо, и в следующую секунду иллюминатор скрылся под черной от масла поверхностью моря.

А потом случилось, пожалуй, самое страшное из всего пережитого ими ужаса – пожар. Пожар не на борту «Ланкастрии» – спастись от него не составило бы труда, – а на поверхности моря, и от него мало кто спасся. И пожар не был случайностью; он был результатом холодной расчетливости и бессердечия, которым не может быть прощения. Мало того, что пилоты люфтваффе обстреливали людей из пулемета – например, на одном плоту погибли человек двадцать, – так они еще и подожгли покрытое нефтью море, сбросив зажигательные бомбы.

Горящее масло – самая ужасная, самая жестокая смерть, известная людям. Это смерть от медленной, мучительной пытки, когда человек тонет, спасаясь от огня, или умирает от асфиксии, потому что пламя поглощает весь живительный кислород над поверхностью моря и люди задыхаются в раскаленном, безжизненном воздухе. Смерть от утопления тиха, спокойна и почти безболезненна, и когда надежды на спасение не остается, только сумасшедший будет продлевать напрасное мучение, когда под рукой есть средство милосердного избавления от боли.

Официальная история войны на море признает, что не может объяснить, почему так много людей – две тысячи восемьсот двадцать три человека – погибли при крушении «Ланкастрии», хотя катастрофа произошла средь бела дня на рейде, в присутствии множества небольших маневренных судов, которые быстро оказались на месте происшествия, и один только противолодочный траулер «Кембриджшир» спас почти тысячу выживших.

Трудно понять и вот такую загадку: как в этой ситуации удалось спасти так много людей – около двух с половиной тысяч человек. Многие другие суда занимались своими делами и отражали атаки немецких бомбардировщиков. Те же, что подошли к месту гибели «Ланкастрии», обнаружили залитое топливом море, мусор и лишь небольшое число выживших, оставшихся после ухода «Кембриджшира». Сотни умерли в момент взрыва, не меньше погибло из тех, кто не сумел выбраться из нижних помещений лайнера. Немало было и погибших в охваченном огнем море, а также тех, кто в поисках безопасности заплыл слишком далеко за радиус первоначальных поисков.

Среди последних были капрал Бродбент, сержант Янг и семья Тиллиер.

Бродбента, находившегося в воде почти без сознания, спасло небольшое суденышко, доставившее его потом, все еще совершенно голого, на «Джон Холт», где его и нашла камера репортера. Спустя три дня капрал прибыл в Плимут – по-прежнему без клочка одежды, но жалуясь только на то, что у него нет карманов, куда можно было бы положить подаренные сигареты, – где его уже ждала слава, а сделанную репортером фотографию все газеты мира опубликовали как символ катастрофы.

Сержант Янг ухватился за ящик из-под апельсинов, как и еще девять человек, нашедших эту хрупкую опору. Когда четыре часа спустя его спас французский траулер, в живых осталось только трое – остальные семеро ушли один за другим под воду, когда их силы иссякли.