Онлайн книга «Рассказы 13. Дорога в никуда»
|
– Руки! – процедила Яна сквозь зубы, чувствуя, как маслянистые взгляды стекаются к ним со всего коридора. – Чего? – Прости. – Он сунул ладони под мышки и скомканно улыбнулся. – Правда, давай поговорим. – О чем? – О… ну… – Если есть чего сказать – то говори. Или я пошла, мне некогда стоять тут и ждать, пока ты разродишься. – Она бросила усталый взгляд на двери кабинета физики. Успеть бы скатать хоть пару задач у кого-нибудь более смышленого, чем она сама. – Ты свободна сегодня вечером? – выдохнул он полушепотом, а глаза его, болотистые, вспыхнули страхом вперемешку с полумертвой надеждой. Он стоял, приклеив к губам улыбку, сгорбленный и неуверенный. Ждал. Яна расхохоталась. Люди, текущие реками вокруг них, заозирались, жадно прислушиваясь к чужому разговору. Яна не боялась их взглядов – она раскатисто смеялась, уперев руки в бока, и видела, как он съеживается все сильнее и сильнее, словно хочет сжаться до перечной горошины и затеряться между чужими зимними сапогами. – На свидание, да? – спросила она так громко, чтобы услышали все вокруг. Чтобы высунулись любопытные лица из аудитории, чтобы ее икающего смеха стало в тысячу раз больше, чтобы залитые румянцем щеки можно было списать лишь на припадочный хохот. В груди что-то тяжело заворочалось, но Яна не обратила на это внимания. Ее прогорклый хохот затопил коридор по самый потолок – словно цунами пронесся волнами по людям и вернулся, разбившись о скалу посеревшего человека напротив. – С тобой, Стас? – спросила она, поджимая неровно накрашенную губу. – Нет, спасибо, не надо мне такого счастья. Он развернулся и бросился прочь, расталкивая людей вокруг. Все еще смеясь, Яна ввалилась в аудиторию и, забившись на последнюю парту, прижала руки к пылающим щекам. Перед глазами почему-то встало Натино лицо с выцветшими глазами и едва различимыми веснушками. К черту. Физика обрушилась на безмозглую голову остро наточенным топором, обрубив и мысли, и чувства, и переживания. Схлопотав очередную двойку, Яна успокоилась и принялась за рисунки в хлипкой тетради. Поскрипывала черная ручка, рождались из палочек и штрихов неказистые сюжеты. В блокноте появился мелкий человечек, в руках его – огромная зубная щетка, словно булава, а рядом с человечком – силуэт побольше, с бритой головой… Папа. Вырвав лист, Янка скомкала его в руках. Долго мяла, вкладывая всю злость, все смущение – то, что сидело внутри занозами и гнило, отравляя капля за каплей. А потом, не выдержав, разгладила лист и тут же порвала его на мелкие кусочки. На перемене Яна отправилась покурить – мамины сигареты стали настоящим богатством, и теперь не нужно было раздумывать, выкурить последнюю сигарету сейчас или оставить ее на вечер, насладиться горьковатым табаком перед сном, запершись на балконе. Прихватив худую куртку, Яна петляла по коридорам, огибая стайки гогочущих людей, бормоча что-то лениво хихикающим подругам. Ее привычная рутина. Ее жизнь. Коридор с выстиранными занавесками. Свет пыльных электрических ламп. Фикус в растрескавшемся горшке, проросший корнями наружу. Шуршащая фольга во влажной ладони. Когда кто-то схватил Яну рукой за подбородок, она не успела ничего понять. Ее остановили рывком и в ту же секунду голову рванули на себя, заставляя открыть шею. Не удержавшись, Яна упала на колени, взмахнув руками, и выронила куртку, которая мертвым кулем распласталась на дощатом полу. |