Онлайн книга «Рассказы 42. Цвета невидимки»
|
– Миндальная! – заметил Маркус с игривой усмешкой. – Вот этакие глаза ты мне приписать хотел? Раздался специфический звук: слуга хихикнул с полным ртом. Поспешно сглотнул, и послышалось: – Милорд невероятно… великодушен… – Да-да. – Маркус поднял руку, останавливая похвалы (хотя, если по-честному, ему было очень приятно). – Ты хоть знаешь, как милорда зовут? – Лорд Маркус. Из почтенного дома Сент-Клэр. – Значит, глазастенький и ушастенький! А сам ты?.. – Сай… От «silence». – Поясняя, невидимка словно оправдался за то, что имеет имя. – Ну – польщен знакомством! – Маркус дурашливо поклонился, не вставая с кресла. Сай опять хихикнул. Не так уж это было смешно – но он, может быть, радовался, что юный лорд ему улыбается… А еще Маркус знал, что человека легче рассмешить, когда смеяться ему нельзя: например, во время еды. Он любил смешить Мари, хотя родители за это много раз отчитывали. А сейчас уж тем более не стоило… Но разве Маркус не заслужил немного веселья? – Впервые вижу, как невидимка ест… то есть не вижу! – в очередной раз улыбнулся Маркус. Сай ответил коротким осторожным смехом. – Так ты смешливый? – невинно спросил Маркус. – Тетка говорит, я слишком много смеюсь. И что это признак пустой головы. Идеальная жертва. – Ну-ка – и так засмеешься? – Маркус изобразил научный интерес. Он поднял указательный палец и сказал: – Палка! Сай кхекнул с набитым ртом. Он уже доведен до нужной кондиции. – Палка упала. – Маркус наклонил палец. Снова кхеканье. – Поползла! – Маркус задвигал пальцем, подражая гусенице. Сай засмеялся, рассыпая крошки – но Маркус был так доволен эффектом, что даже за это не хотел упрекнуть невидимку. Шутку надо было завершить согласно сценарию.Маркус протянул руку… Неужели он собирается дотронуться до слуги? Будто лошадь мчится галопом – и впереди овраг, и надо повернуть… или пустить по краю оврага! И Маркус ткнул туда, где могла быть подмышка мальчишки, и защекотал. Рука встретила шершавые складки льняной рубахи, и Сай содрогнулся от прикосновения всем телом. Дернулся опять – и сдавленно захихикал. Маркус отыскал подмышку, и Сай стал извиваться. Хотя странно: он не пытался ни увернуться, ни как бы то ни было мешать руками. Мальчишеский смех прозвенел над садом. Вдруг кто-то из них пихнул столик, и раздался хрустальный звон… Сай рванулся, упало его кресло и за ним кресло Маркуса. Наступила тишина. Маркус поднялся – ладони запачкала трава, но он умудрился не задеть землю коленями, и падение было почти безболезненным. Вытер руки льняным полотенцем, лежавшим на столике. На тропинке поблескивали серебряный подстаканник и осколки хрусталя. А мелкий гравий вокруг желтовато потемнел: на донышке стакана оставался грушевый сок. Маркус цокнул языком. Хотел было махнуть слуге, чтоб прибрался… А где Сай? Ничего не слышно, ничто не шевелится… Но запах Сая вроде бы не пропал, и еще к нему примешался едва уловимый запах пота. Маркус сам поднял кресла. И второе, на котором прежде сидел Сай, что-то задело. Маркус приметил рядом как будто бы смятую траву. – Сай? Ты здесь? Молчание. Только пчелы жужжат над лавандой. Маркус протянул руку – и нашел дрожавшее плечо под шершавой льняной рубахой. Почему он дрожит? – Ты ударился? Сильно? Беспокойство возрастало. Маркус ощупал невидимку, боясь почувствовать мокрую кровь: второе плечо – Сай полулежит на траве, – худые напряженные руки, будто деревянные, и стиснутые кулаки… |