Онлайн книга «Рассказы 42. Цвета невидимки»
|
И, точно мысли могли притянуть неприятности, со стороны дома послышались шаги. Конечно же, Маркус их узнал. Будто увидел, не оборачиваясь, как по гравию дорожки с тихим похрустыванием идут черные лаковые туфли, на которых нет ни пылинки. Маркус поднялся навстречу – и плетеное ивовое кресло скрипнуло. Проклятье. Скрип показал, что Маркус из-за нервозности встал недостаточно плавно. Тщась не потерять остатки достоинства, он оставил одну руку лежащей на спинке кресла, второй коснулся груди, наклонил голову. И произнес: – Доброе утро, милорд. Ответа не последовало. Маркус заставил себя посмотреть на отца. Невзирая на погоду, милорд в бордовом сюртуке из тонкой шерсти. Золотые пуговицы, золотая цепочка часов. Все безупречно: от пробора до тяжелых запонок на белых манжетах. От густых подстриженных усов с загнутыми книзу кончиками до плети на левом бедре. Блестит, отполированная касаниями, ее рукоятка из слоновой кости. Лорд Сент-Клэр смотрел чуть выше глаз Маркуса, будто бы сквозь него. Маркус почувствовал, как щеки краснеют. – Мы с Мари вчера… – Нельзя мямлить. Громче. – Мы пролили духи на ковер. Я не должен был потакать сестре… Но ковер уже почистили… Он говоритчто-то не то. Взгляд отца не изменился: с каждой секундой Маркус ощущает все отчетливее, как противно отцу глядеть на него. На то, как небрежно завязан бирюзовый платок на его шее, волосы перехвачены шелковой лентой наспех, вольно закатаны рукава. – Я собирался порисовать, – сказал Маркус в оправдание этих рукавов, кивая на пустой лист и деревянную коробочку с красками в углу столика. – Выполнить задание по колористике… которое должен был принести утром и очень сожалею… Лорд Сент-Клэр выждал еще несколько секунд – отвернулся и зашагал по тропинке в направлении пруда. Маркус, весь красный, опустился в кресло, уже не обращая внимания на отчаянный скрип. Ни одного слова, ни взгляда. «Ты выглядишь достойно – или не выглядишь никак», – любит говаривать дед. Коли так, Маркусу вовсе не стоило являться на урок без домашнего задания? Он рассеянно глядел, как лорд Сент-Клэр вышагивает вдоль лавандовых кустов. В нескольких метрах перед отцом в воздухе пощелкивали ножницы: невидимый слуга подстригал листья. Высокий, судя по положению ножниц. Отец достал часы с гравировкой на крышке и, смотря на эмалевый циферблат, наткнулся на что-то незримое. Клацнули часы, захлопнувшись. Золотая цепочка слабо звякнула, когда лорд убрал их в нагрудный карман сюртука. В следующий миг плеть оказалась в руке отца, и он хлестнул воздух… но чуть правее, чем следовало, и плеть просвистела в пустоте. Лицо отца исказилось. Он ударил налево – хлопок, затем еще и еще. Золотые шипы на концах плетки сверкали, на впалых щеках появился тусклый румянец. Маркус прикрыл рот рукой, сдерживая смех. Вид у отца был комичный: он, по-видимому, понял, как глупо промахнулся в первый раз… Наверное, разговор с Маркусом все-таки стоил ему некоторых душевных сил, и из-за этого он допустил маленькую оплошность. Отец оправил сюртук и скрылся за кустами. Ножницы стали пощелкивать снова. Маркус вернулся к перекусу. Круассаны с миндальным кремом, посыпанные сахарной пудрой, уже остыли. Черт бы побрал этот ковер, этого учителя по колористике… Они уже договорились, что Маркус принесет задание вечером, так не мог этот старый журавль придержать язык? (Возможно, лорд Сент-Клэр заставил его рассказать, но Маркусу хотелось мысленно обвинить учителя.) Нарочно нарисовать ему какую-нибудь чепуху… |