Онлайн книга «Рассказы 40. Край забытых дорог»
|
Мерцер промолчал, нахмурился. В шатре становилось совсем уж душно и неприятно. – Мне нужна драконья кровь. Её голос дрожал, и рыцарь знал, что Эления плачет. Сейчас Меч был готов убить хоть сотню драконов, лишь бы госпожа не проливала слёз. Но он знал – стоит вернуться в пещеру, взглянуть на древнего, старого, поблёкшего от времени ящера, как уверенность испарится, что туман поутру. Он действительно красив. Самый древний. Самый последний. Единственный и великий зверь. Госпожа быстро взяла себя в руки. Тихие всхлипывания угасли, она села немного прямее. – Сделаешь это на рассвете. Не хочу нарушать слово, данное Санору. Убьёшь дракона, мы вместе выкупаемся в его крови – пусть исполнит мое желание, и пусть защитит тебя от проклятия. – Не думаю, что от проклятия будет так легко избавиться, госпожа. – Это тебя останавливает? – Нет. – Хорошо. Спасибо тебе, Мерцер. Он подполз ближе на четвереньках, сел совсем рядом, опустил голову ей на бедро. Ощутил в волосах тонкие пальцы единственной руки. Прикрыл глаза, вдохнул её запах и замер, прижимаясь, как в последний раз. – Мой бедный… – шептала Эления. – Мой верный… Мой смелый Меч. Я верну себе тело, я взойду на трон, и ты станешь самым близким другом императрицы. Он молча кивал, терся щекой о ногу, как послушный пёс. Не помнил, сколько продолжалось это счастье, но оно всё же закончилось, когда госпожа сказала: – Я устала. Уложи, пожалуйста. Меч повиновался. Помог ей раздеться, перенес на мягкую, огромную королевскую кровать, укутал легким теплым покрывалом. – Завтра на рассвете вы снова встанете на ноги, моя госпожа. – Возьмешь меня с собой? В пещеру, на битву? – Придётся. Вдруг действует только свежая кровь, вдруг её нельзя набирать в кувшины… – Ты прав. А теперь иди. Нам обоим нужно отдохнуть, пока ещё есть время. Следовало пойти и осмотреть посты, удостовериться также, что солдат разместили как следует. Мерцер вышел из шатра, вдохнул свежесть и прохладу полуночи. Небо сверкало тысячью звёзд над головой рыцаря. «Господи, видишь ли ты, какой грех я собираюсь свершить? Неужели ты не остановишь меня?» Нет. Есть воля человеческая, что рождает поступки. Есть последствия, шрамы и зарубки судьбы, что поступки на ней оставят. Бог не удержит его руку до – он проклянёт её после. Но госпожа… – Тоскуешь, принцессий меч? Это был архиепископ. Белые полы его одеяния мерцали во мраке. Священник без приглашения сел на камень рядом с рыцарем, тяжело вздохнул. – Веруешь, воин? Только честно. Мерцер молча кивнул. Архиепископ слегка удивлённо хмыкнул. – И всё-таки пойдёшь рубить ему голову? Рыцарь повторил движение головой, не размыкая губ. – А он ведь… Божий слуга. – Пусть хозяин его защитит. – Значит, в неё ты веришь больше, чем в Господа? Ей служишь охотнее? – Ей я служу охотнее, чем себе. И верю гораздо больше. Архиепископ поднял с земли камушек, взвесил на ладони, поднял лицо к звёздам. Его глаза отразили небесный свет. – Знаешь, а он ведь красивый. Старый, страшный, но… Красивый. – Внушающий трепет, – согласился Мерцер. – Как его назвали? Священник пожал плечами. – Ему, как нам с тобой, имя ни к чему. Меч, святейший и последний дракон – мы единственные в своём роде. – Правда, – согласился рыцарь. – И то верно, что убивать безымянного проще. – А сможешь? |