Книга Рассказы 30. Жуткие образы ночных видений, страница 34 – Артём Скороходов, Дарья Странник, Ольга Цветкова, и др.

Димкина сестра была задирой. Она училась в старших классах и считала себя ужас какой взрослой. «Пятиклашки, – кривила губы Олеся, когда Ника играла у Димки в гостях. – Уроки бы лучше делали! Димка троечник, а ты еще тупее моего братца, губи-глупи».

Обидно было до слез. Вероника Губикова – худшей фамилии и придумать нельзя. Начиная с насмешек одноклассников и заканчивая такими колючками, как Олеся… Ника мечтала вырасти и сменить ненавистную фамилию на более благозвучную.

Погруженная в раздумья, она не сразу заметила чудаковатого старика. Высокий, худющий, состоявший из одних углов, он уселся на скамейку, слева от качелей. Из рюкзака старик вытащил согнутую палку и засвистел под нос простенький мотивчик. Именно этот звук и привлек Нику. Она повернула голову, да так и замерла, вытянув губы буквой «о». Даже раскачиваться перестала.

Старик привязал к палке красную леску, которой обмотал тряпичную куколку со смоляными волосами. Раскрутил, закинул куколку в песочницу, и Ника ойкнула от неожиданности, прикрыв губы ладошкой. Старик повернулся. У него было костлявое, будто бы выточенное лицо и глаза цвета речной рыбы. Ника посмотрела в них и содрогнулась. На донышке зрачков застыло выражение, от которого хотелось бежать прочь без оглядки. Ника так бы и поступила, если бы незнакомец не заговорил.

– Будь осторожна, маленькая рыбка. Они плавают совсем близко. Темные времена настали.

– Что?

– Призраки умеют маскироваться. Нападают стремительно. Заметят, если оплошаешь. Приманка есть не всегда. Темные времена, страшные. Граница открывается. Они проголодались, и кто их сдержит, а?

– Извините, мне пора. – Голос Ники дрогнул.

– Плыви, рыбка, и будь осторожна, – усмехнулся старик. Его взгляд резал похлеще ножа.

Ника спрыгнула с качелей, мышцы словно одеревенели. Она сделала шаг, другой – и запнулась. Сандалия слетела с ноги. Ника вскрикнула, падая. Боль прострелила ногу. Из глаз посыпались искры. Через миг Ника сидела на песке, схватившись за разбитую коленку. По пальцам текла кровь. Неприятно, конечно, но крови Ника не боялась.

Боль постепенно затихала, на смену пришел стыд: за собственную неловкость и за то, что позволила заболтать себя какому-то сумасшедшему. Ника оттолкнулась ладонями от песка и завизжала – ее схватили за шиворот и бесцеремонно приподняли. Старческие пальцы вгрызлись в рану на коленке, окрасились кровью, ощупывая. Ника яростно отбивалась.

– Ты змея или девчонка? Успокойся. Они тебя почуяли. Сейчас, ограничим пространство… Да не дергайся ты! Ох… – Старик закашлялся и разжал руки – Никина пятка прилетела ему в солнечное сплетение. – Ну и химера с тобой!

Ника кинулась прочь от старика и его разгневанного голоса. Ее била дрожь. Бегала она быстро, поэтому минут через пятнадцать уже была под защитой родного дома. Остановилась у подъезда, ветви сирени настырно лезли в лицо. Отряхнула ладони, сдула мокрую челку. В глазах набухали слезы, но Ника силой воли отогнала их. Испуганно осмотрела коленку – кровь уже подсохла и превратилась в корочку, но боль пока не прошла.

Ника чувствовала, словно бы что-то царапается, шебуршится внутри раны. Воображение разыгралось? Как бы то ни было, надо срочно принять душ. Кто знает, какую заразу она могла подцепить от ужасного старика. Белые шорты были безнадежно испачканы. Ника достала мобильник.