Онлайн книга «Рассказы 23. Странные люди, странные места»
|
– Дым увидишь. Белый дым. Его над лесом хорошо видать. А гудки не слушай. Гудки тут лес ловит, путает. Айда… Лесничий, ступая легко и ловко, пошел вперед. Я зашлепал следом, то и дело проваливаясь по колено. Наконец впереди залаяла собака, старик остановился, заскрипел выросшей в снегу калиткой. – Навалило-то как. Отряхивайся пока, отряхивайся. В дом не тащи, бабка заругает. Я стянул шапку, чтобы стряхнуть снег, и голову, как ледяной водой, схватило морозом. Зазвенело в ушах. Звезды вдруг придвинулись ближе, руку протяни – достанешь. Лесник наконец совладал с калиткой. Отступил, пропуская меня во двор: – Стрекожора не бойся. Он человека не тронет. В ответ на его слова снова залаял пес – заливисто, дружелюбно. Наскочил на меня – натуральный телок, по пояс, только безрогий, – чуть не опрокинул. – Ш-ш! Ш! Стрекожор! Ш-ш! Ну разошелся! – Почему Стрекожор? – слабо спросил я, глядя, как старик вдавливает калитку в ограду, над которой болтаются тяжелые, обсыпанные гроздья рябин. – Я с ним хожу, когда у стрекоз кладка. Он-то их видит. Я ничего не понял, но спрашивать не стал. Стрекозы. Гномы… Поперек двора топленым маслом лег прямоугольник света. Его почти тотчас загородила высокая фигура. Надтреснутый старушечий голос выкликнул: – Игнат? Ты? – Я, я, – ответил старик, улыбаясь в бороду. – Ставь чаек свой. Гостя привел. Подкидыша. В ослепительном желтом блеске я различил, как всплеснула руками хозяйка, как подалась вперед, разглядывая меня, и тут же метнулась внутрь. Из дома – настоящей черной избы в один этаж, с крыльцом, с трубой и ставенками – послышался перестук, грохот. – Стол собирает, – довольно усмехнулся лесничий. – Не робей. Хорошая у меня хозяйка. Все при ней, кроме одного. На ватных ногах я взобрался на чисто выметенное крыльцо. Пахнуло теплом. Пальцы с холода слушались плохо, я подышал на них и полез за телефоном. Заряд остался, но связи по-прежнему не было. – Не звонят отсюда, – заметил мои манипуляции старик. Я сжал пальцы, закусил губу до прежнего, солоноватого привкуса во рту. – Мне бы как-то предупредить. Может, на перекладных добраться до ближайшей станции? Вокзал, остановка, все сгодится… – Так не понял ты ничего? – ласково, как дурачка, спросил дед. – Ты никак отсюда не уедешь, пока поезд не пойдет. Только поездом можно. – Почему? – Потому что, – отрезал лесничий. – Закон такой. Место у нас такое! Я привалился к стене, кулаком отерев глаза. – Ладно тебе. – Старик глянул косо, виновато. – Не я ж это выдумал. Заходи. Давно у нас гостей не было. Согреешься, обживешься. А там и поезд придет. * * * – Позвонила в полицию? – Пока трое суток не пройдет, даже заявление не принимают… – Друзьям его звонила? – Я не знаю номеров… Но я всем написала, кто есть ВКонтакте. Антон никому не писал, не звонил. Ни к кому не ездил. Никто ничего не знает! – Не истери. Антон не маленький мальчик. Просто какое-то недоразумение. Или… – Мама! Нет. Нет, не говори такого! – Спокойно! Еще нервничать тебе не хватало. Ну что ты плачешь? – Мама… Он пропал, как тебе еще объяснить? – Ну хочешь, я к тебе приеду? – Мама… – Как я должна тут спокойно сидеть, когда ты там слезами обливаешься? Катенька, солнышко мое, если бы это муж был – другое дело. А так – считай, чужой парень. Парни просто так не пропадают. Хотя мог бы, конечно, записку какую-то оставить, не нервировать… |