Онлайн книга «Рассказы 23. Странные люди, странные места»
|
Катя, глотая слезы, рассказала, что слышала кого-то у своего окна снаружи. – Их там много было. Они очень тихо перешептывались. Я спиной лежала и делала вид, что сплю. Но я чувствовала, что они смотрят, Тим… Может, они догадались, что я про них знаю? Может, они приходили меня убить? Тимур покачал головой. – Если бы хотели убить, ты бы сейчас со мной не разговаривала. Катя посмотрела на него красными от слез глазами. – Там на стекле отпечатки остались. Пальцев, ладоней… – Так не должно быть, – сказал Тимур. – Фигня какая-то. Они себя стараются не выдавать. Дети замолчали. – Я боюсь, – через некоторое время сказала Катя. – Что-то плохое произойдет. Пыталась поговорить с родителями, что мне тут не нравится. Они и слышать ничего не хотят. Ничего не замечают, как будто слепые. – Большинство людей такие. Я думаю, это что-то вроде защиты. Они просто не видят того, что выходит за рамки. Кать, мы справимся. Ты держись. Я что-нибудь придумаю. Вечером бабушка нажарила котлет и сделала пюре. Тимур ковырял еду вилкой без особого аппетита. – Ба, а ты людей убивала? – неожиданно спросил он. Бабушка Мокрица замерла. Она пошевелила усиками, а потом наконец ответила: – Да, внучек. Давненько, правда, уже. – А… почему? Она выдохнула и зашипела. – Это в нашей природе, Тим. Я этот разговор откладывала, но, похоже, сегодня придется. Лицо, так похожее на человеческое, будто рябью пошло. – Я хочу за тебя просить. Ты можешь стать одним из нас. Тогда ты поймешь, почему мы убиваем иногда. В этом суть выживания. Ты бы хотел стать сильнее, Тим? Быть тем, кого боятся? Тимур уставился в тарелку. – Я не знаю, ба. Она замерла напротив, шевеля усиками на голове. – Это должно быть твое решение, милый. Хотела бы я, чтобы ты нашим стал. Тогда бы и смысл был. Но цена высокая, Тима… Платить ее придется. По ее телу как волна прошла. – Я твою маму извела… Тимур уронил вилку. – Мне, чтобы ребеночка завести, беременная женщина нужна. Я ей личинку подсаживаю, личинка дите съедает и место его занимает. Один раз такое можно. Вот только моя личинка слабая оказалась. Не выжила. Маму я твою прямо здесь держала. Она с ума сошла. Все кого-то звала. То маму свою, то какого-то Игоря, то плакала. Отпустить я ее уже не могла. И убить не решалась. Два месяца жила… Потом ты родился. Она… зачахла просто. Словно предназначение свое выполнила. Есть отказалась. Дальше и померла вовсе. А я тебя оставила. Вырастила… Голос Тимура прозвучал глухо. – Где она похоронена? – Да тут прямо, во дворе. Под беседкой. Беседку тогда ставили, яму выкопали. Ну я и похоронила там. Он молча встал и пошел в прихожую. Бабушка тоже молчала. В тишине хлопнула дверь. Уже стемнело. Тимур выскочил из подъезда и побежал. Остановился он только у беседки. Там, внизу, лежала его мама. Он присел и коснулся дрожащими пальцами деревянного настила. Наверное, он уснул, хотя это больше было похоже на какое-то забытье. Просто в один момент Тимур осознал, что сидит на ступеньке беседки, а вокруг непроглядная ночь. Он поднял голову. Окно на кухне тускло светилось. Значит, в большой комнате горит свет. Бабушка ждет. Но не вышла его искать. Тимур уже хотел встать, но вдруг увидел на столе в беседке чью-то сгорбленную фигуру. – Кто здесь? – Он постарался, чтобы голос не дрожал. В темноте вспыхнули два желтых глаза. |