Книга Рассказы 19. Твой иллюзорный мир, страница 58 – Татьяна Шохан, Надежда Мосеева, Сергей Лесник, и др.

Аня уже неплохо умеет делать порошки и магические смеси. Договорилась с мастером насчет поставки оберегов, да и сама учится делать обереги из солнечной пыли – пока не ахти получается. Впрочем, Аня не унывает и раз за разом упорно плетет кружево солнца.

В одну сырую ночь в дверь с глазом стучат. Аня вздрагивает. Глеб? Неужели вернулся?

Перед дверью она замирает на секунду. Щеки у нее красны от волнения, и грудь как будто сжата тисками. Открывает дверь. Перед нею человек в жалких обносках. Непонятно, кто он: нищий, сбежавший с каторги, или военный дезертир.

– Убежище, – едва слышно говорит он.

Секунду Аня медлит. Он может оказаться провокатором. Если она выдаст свои взгляды, то остаток жизни проведет в допросных подвалах, а затем на далеком севере, в шахтовых лагерях по добыче ископаемых, где-то в зоне вечной мерзлоты.

«Он не провокатор», – шепчет невидимый домовой. Конечно, ведь глаз на двери видит всех насквозь.

Беглец, верно, увидел, что конспиративная квартира опечатана, но куда ему идти? Мары небось уже унюхали его и теперь идут по следу.

«И если его найдут у меня!..» – думает Аня.

Но страх отступает. Страх, так долго определявший ее жизнь, отступает. Аня чувствует свободу, объятия тисков слабеют, и как будто впервые она вдыхает, а воздух свежий и морозный.

Она впускает мужчину.

Лисица трется о его ноги. Домовой, пусть и нехотя, заваривает пряный чай, и по залу растекается сладкий аромат. Беглец, чуть придя в себя, передает привет от Льва Григорьевича. Тому удалось бежать. Нет, про Глеба ничего не знает. И через две ночи, окрепнув, уходит. Полиция все-таки устраивает обыск, но вновь ничего не находит: глаз исправно предупреждает об их приближении. Все, что нужно, домовой успевает спрятать в подпространстве.

С тех пор иногда по ночам к Ане приходят люди. Кто-то переночевать. Кто-то залечить раны. Кто-то оставить передачу, кто-то забрать.

Вечное, неизбывное Анино одиночество перестает быть одиночеством, и жизнь наполняется смыслом. Впервые Аня занята делом. Она все еще ждет Глеба, но, когда стучат, знает, это не Глеб, а человек, для которого она – последняя надежда спастись от рыщущих черных демонов.

Вялое и ленивое время отмечено вехами. Новый год, заливная рыба, традиционная селедка под шубой, солнечные мандарины. Внуку Ольги Павловны Аня дарит набор проворных красок, которые так и норовят выпрыгнуть из тюбиков. И к февралю коммунальщики нервно плачут: нестираемые строчки молодого поэта разбегаются по всей столице. Когда зацветает верба, Лев Григорьевич передает привет и присылает из-за границы книги об изготовлении оберегов. И под плач летнего дождя у Ани наконец получается первый талисман из солнечной пыли. И он, в отличие от предыдущих, не тускнеет и не раскалывается через несколько дней.

Осенние ливни. Обыск. Полицейские злы как никогда. Они знают все, но у них нет доказательств. Домовой и лисица прячутся в подпространстве. Полицейские переворачивают торговый зал и мастерскую вверх дном. Милые Аниному сердцу вещи теперь поломаны и растоптаны. Холсты порваны, краски вылиты. От гнева темнеет в глазах и шумит в голове. Да когда же эта канитель закончится?! Хочется вцепиться в ближайшего полицейского, сорвать погоны, расцарапать ему лицо. Но Аня только виновато смотрит в пол.