Онлайн книга «Рассказы 19. Твой иллюзорный мир»
|
Почему я говорю «несчастным»? Данные вами описания этих крох подсказывают мне, что в своем мире они подверглись страшным испытаниям. Скорее всего, их там убили. И в тот же момент возникла другая реальность, где они спаслись. Плюс еще тысячи миров с различными исходами ситуации. Ферштеин? Я неопределенно кивнула. – Смерть, – Карл наклонил голову, словно прислушиваясь, – малоизученное явление. Возможно, оно сопровождается выбросом какой-то неизвестной нам энергии, которая делает мембрану на некоторое время «прозрачной». А вы, Варвара, обладаете уникальным даром… Дверной замок лязгнул, дверь распахнулась, и в камере мгновенно стало тесно. 22 Я подошла к окну. Похожее на кафтан трубочиста облако наползало на город, и уже первые капли дождя сыпались из него, словно крохотные леденцы из дырявых карманов. «Психиатрическая лечебница – вот ваш настоящий дом, Варвара Сергеевна… Вы стали слишком агрессивной, с завтрашнего дня я назначаю хлорпромазин… Вы были на вокзале одна. Вошли, вышли, легли на скамейку. Вот и все!» Я попыталась отогнать неприятные мысли и стала смотреть на дождь. «Интересно, когда люди перестали удивляться тому, что из черных туч падают прозрачные капли? И почему нас до сих пор шокирует способность некоторых видеть то, что не видят другие?» Мои пальцы коснулись стекла, ощутили приятную упругую гладкость, но уже в следующее мгновение прошли сквозь него, словно через тончайшую пелену тумана. «Да, Карл, ты не ошибся. Все на свете имеет свою частоту энергетической вибрации. Достаточно лишь настроиться на нее, и можно преодолеть любую преграду, какой бы крепкой она ни казалась. Вначале у меня получалось это бессознательно, в моменты эмоционального стресса, но когда из твоей камеры меня отвели сначала на допрос к следователю с прекрасными голубыми глазами, а затем забрали из его кабинета, так, что он даже вспотел от страха, – я поняла, надо учиться управлять уникальной способностью. Иначе конец». Я набрала пригоршню дождевой воды и умыла лицо. «Даже насчет “сумасшествия” ты был прав, Карл. Но сначала меня отвезли в исследовательскую лабораторию, где три месяца изучали, словно чумную мышь. А я втайне училась проходить сквозь стены. И, знаешь, однажды у меня получилось. Ты спросишь, почему я не сбежала в ту же минуту? Ох, дорогой Карл. Потому что вдруг появился он. Моя боль и моя отрада. Когда он вошел в палату, я сразу поняла, что буду любить этого высокого стройного юношу с аккуратной бородкой и привычкой задумчиво вздыхать, как не любила никого другого. Даже не знаю, испытывал ли ты нечто подобное, мой милый друг…» «Он сказал, что исследования закончены. Никаких отклонений в организме не обнаружено, кроме одного… “Легкое психическое заболевание”, – так выразился этот красавец. Ты думаешь, Карл, я испугалась? Нет. Я сидела и улыбалась, словно дура. Ведь была поздняя осень, когда воздух становится столь прозрачным и холодным, что с непривычки ощущаешь себя совершенно голой. И вдруг такое чувство, будто тебя укрыли шерстяным пледом. Ферштеин, Карл?» «Он забрал меня в неприметное двухэтажное здание. Там повсюду были решетки и охрана в штатском. Но разве я замечала это? Мы стали любовниками, Карл. А потом доктор увез меня в этот городок. Знаешь, если бы он тогда сказал, что планирует отрезать у меня кусочек мозга, я бы все равно не сбежала. Разве стоит ошметок серой массы возможности быть с любимым? В Карпатах я провела лучшие часы в своей жизни, Карл. Пока все не изменилось…» |