Книга Рассказы 12. Разлетаясь в пыль, страница 35 – Олег Савощик, Екатерина Годвер, Евгения Кинер, и др.

– Нытик! Нытик! Левый глазик вытек!

Глупые дураки! Кто будет плакать из-за того, что его ударили? Мне просто надо, чтобы никто не видел моего лица. Я как тот человек из сказки: он нашел жемчужину, зажал ее в кулаке и никому не показывает, разжимая пальцы, только когда все вокруг него уснут, чтобы любоваться ею в одиночестве.

Идти по головам. Третья сказала – идти по головам. Я маленький, легкий и ловкий. У меня может получиться.

Второго апреля я просыпаюсь первым. Взрослые по ту сторону окон дремлют, кто-то свесил голову на грудь, кто-то прислонился лбом к пустой оконной раме, кто-то завалился на соседа. Редкий момент, когда на меня не направлен ни один взгляд. Мне странно и свободно. Небо светлеет. Все становится объемным и значительным, кажется сейчас я что-то пойму. Что-то важное. Но тут один из этих типов за окном открывает глаза. У него седая клокастая борода и глаза навыкате. Он трет их веснушчатыми кулаками, а закончив, смотрит на меня в упор, долго, равнодушно и бездумно. Я морщусь и отворачиваюсь, минута озарения проходит. Начинается день. Он принадлежит Зо-Зо. Сегодня он должен получить одежду и выйти наружу.

– Встань, Зо-Зо! – торжественно говорит Третья.

Все наши столпились за ее спиной, глазеют, шушукаются, ждут. Зо-Зо чуть приподнимается на локтях и картинно падает. Няня хмурится и хрустит костяшками пальцев.

Она трижды ставит его на ноги, и столько же раз он валится на пол. Последний раз он чуть не разбивает себе голову об угол лежака. Третья всегда знала про план Зо-Зо и про то, что он несколько лет не вставал с кровати, только в туалет и в корыто, на четвереньках. Знала, но не вмешивалась. И теперь она делает вид, будто не понимает, что происходит.

– Ты что, мало занимался на колесе?

У нее нехорошая улыбка. Третья подходит к стонущему на дощатом полу Зо-Зо, выворачивает ему руку и давит на локоть.

– Вставай, – говорит она, – а то сломаю твой пухлый окорочок.

Остальные постепенно выходят из-за ее спины и обступают Зо-Зо. Я опускаюсь на колени, и мне становится хорошо видно его лицо. Сначала он стискивает зубы и терпит, потом начинает стонать. Постепенно стоны превращаются в крики.

– Не надо! Отпустите! Пожалуйста! Няня!

На это невозможно смотреть, это невозможно слушать. И я уже открываю рот – наорать, наорать на Третью, и будь что будет, но в этот момент Зо-Зо прекращает кричать и подмигивает мне. И тут я осознаю, что за все время он ни разу даже не попытался удержаться на ногах. Все силы, вся воля Зо-Зо направлены на то, чтобы остаться в доме.

Хруст. Третья отпускает руку Зо-Зо. Та безвольно падает.

– Твоя взяла, – холодно замечает Няня, – ты останешься, будешь жить под лежаком. Отправишься туда, как только срастется рука. Странный выбор, конечно, но делай как знаешь.

Няня спускается в погреб и через минуту возвращается с длинной палкой и аптечным чемоданом на колесе. Сама сломала Зо-Зо руку, сама же будет ее лечить. Все наши плотно обступают их с Зо-Зо, им интересно, они смотрят во все глаза и ни на что больше не обращают внимания. Я стою снаружи и дрожу, потому что знаю, точно знаю, что сделаю прямо сейчас.

Падаю на пол, засовываю руку под лежак, и сердце подскакивает к горлу – ключей нет, кто-то их нашел, взял, украл. Да нет же, вот они, с другой стороны! Ты все перепутал, глупый Кар-Лик. Хватаю связку, прячу в кулак, поднимаюсь. Сверху на лежаке – дождевик и подошвы, приготовленные для Зо-Зо. Хватаю их как можно будничнее, иду к лестнице на крышу. Ни Няня, ни дети не оборачиваются. Даже взрослые в окне на меня не смотрят. Они толкаются и пытаются приподняться повыше, чтобы лучше рассмотреть, что там Третья делает с Зо-Зо. И только лупоглазый с клокастой бородой лыбится, глядя на меня. Вставляю ключ в замок – не тот, второй даже не пролезает в скважину, третий. Замок тихо щелкает, и я обеими руками выталкиваю крышку люка наверх. Она открывается бесшумно – пару дней назад Третья смазала петли. Одежду Зо-Зо кидаю вперед себя, следом ныряю сам. Вываливаюсь на крышу, переворачиваюсь, аккуратно закрываю люк. Замок остается с той стороны. Сверху крышку держит только одна хлипкая задвижка. Вряд ли она даст мне много времени. Как только меня хватятся, максимум, что у меня будет – это пара минут. Будем надеяться, что мое отсутствие заметят не сразу.