Книга Рассказы 8. В поисках истины, страница 18 – Антон Седнин, Андрей Волковский, Артём Кельманов, и др.

– Он меня там нашел, а я сказала, что найду вас, – несколько виновато ответила Тереза.

– Милая моя, нельзя потакать инквизиторам. Но что уж теперь, идемте.

Инквизитор стоял посреди малого зала неподвижно, как истукан. Едва Роб и Тереза вошли, он начал говорить:

– Благодарю вас за мое спасение. Патриарх сказал, что жизнью я обязан вам.

– Этой очаровательной молодой леди, если быть точным.

Роб картинно указал на свою спутницу и склонился в шутливом полупоклоне: мол, это все она!

– Вы на моем месте поступили бы так же! – Тереза укоризненно покосилась на Роба, но одергивать его не стала.

Клирик довольно холодно оглядел мужчину и внимательно девушку.

– Мое имя – брат Адальгар. Инквизитор третьего разряда.

– Я Тереза Янг, сотрудница «Юниверсал Пресс». Это Роб Валенски из «Голой правды».

Тереза слегка покраснела, то ли потому, что стеснялась произносить слово «голый» при клирике, то ли стыдясь такого спутника перед грозным лицом Инквизиции.

– Вы прибыли сюда из-за истории с ангелом? – уточнил клирик.

По его тону было понятно, что он не сомневается в их мотивах.

– Мне сказали, – продолжил он, не дожидаясь ответа, – что вы прибыли не на рейсовой «Астории», а на попутном почтовом судне. На паломников вы не слишком похожи, праздный интерес Земля Марии не тешит. Значит, вы прибыли сюда по тому же делу, что и я.

– Можно ли считать ваши слова заявлением Западной Церкви о признании существования ангела на Марии? – непринужденно поинтересовался Роб.

Клирик смерил мирянина ледяным взглядом и ответил:

– Нет. Я не делаю никаких заявлений. У вашего канала уже были проблемы с церковью, потому прошу придерживаться правил.

Роб усмехнулся. Он дважды судился с церковью – и оба раза с Западной. Наверное, потому, что восточники реже сидят в космонете.

– Патриарх предложил мне осмотреть место, где люди встретили того, кого посчитали ангелом. Я счел нужным предложить вам съездить со мной.

Надо же, какой благодарный! Судя по всему, клирик уже раскаивался в своем великодушии, но, видно, менять решения не привык.

12.

Патриарх выделил им целую группу сопровождающих: аж восемь человек. Добираться до места пришлось на телеге, запряженной самой настоящей лошадью. Местные ехали верхом на таких же натуральных лошадях. Лошади были разноцветные. Они громко фыркали и сильно пахли. Терезу это умиляло, а вот Роба живые и непредсказуемые животные скорее пугали.

Ехали долго, часов пять или шесть. По жаре. Роба в телеге растрясло, и он чувствовал легкое раздражение и нарастающую головную боль. Тереза выглядела веселой и довольной жизнью: все спрашивала у провожатых, что за цветы растут кругом, что за птицы летают и свиристят. Клирик сидел прямой, как палка, и молчал. Почти не двигался, только перебирал четки в левой руке.

Потом пришлось походить по лесу. Почва оказалась неровной и неудобной. Под ноги все время попадались какие-то корни, камни и ямки. И когда Роб уже почти поверил, что местные, как в дурных триллерах, решили завести их подальше в лес и съесть, самый старший из провожатых объявил, что через пару минут будет жилище отшельника, коего и посчитали ангелом заезжие путники.

Никогда еще Роб Валенски не благодарил Господа так искренне!

В лачуге отшельника было пусто и темно. Здесь явно кто-то недавно жил: рядом темнело кострище, над ним котелок, а внутри хижины лежал свернутый спальник.