Онлайн книга «Рассказы 6. Ключ к человечности»
|
Замолчав, Катсуне осознал, что только что сказал. Он замер, готовый в любую секунду почувствовать вибрацию, с которой маневровые двигатели начнут коррекцию курса станции. Он не хотел умирать, но провести оставшиеся три месяца в постоянном медленном падении, глядя на постепенно убывающие цифры на высотомере, было выше его сил. Лучше уж так. – Ты прав, – спустя минуту произнес тихий голос из динамиков. – Я тоже хочу к звездам. И тоже хочу жить. Полетели! Стартовое окно закроется через три дня. У Катсуне перехватило дыхание, как только он осознал, что сказал ему модуль. – Полетели, – еле слышно выдохнул он, глядя на крошечные капельки слез, срывающиеся с его глаз. ⁂ – Инженер Аоки, вас не было два часа, – как только Катсуне вернулся на МКС, из динамиков громкой связи донесся холодный цифровой голос. – Я изучал работу «Пионера». Знакомился с ним. – Мне кажется, вам стоит заглянуть в жилой модуль, – произнес Пол. – Что случилось? – спросил Катсуне, поворачиваясь в нужном направлении и отталкиваясь от стены. – Я продолжил исследование медицинского импланта Мэри-Элизабет, – рассказывал Пол. – Оказалось, он гораздо сложнее стандартного импланта членов экспедиции. У нее очень большая сеть нейродатчиков, следящих за активностью мозга, есть даже возможность точечной перестройки ее биохимии и два набора установок… – Что ты сделал? – Я переключил ее… Катсуне подплывает к жилому модулю, где оставил Мэри-Элизабет и заглядывает внутрь. Девушка плавает в центре помещения. Добравшись до своего контейнера с личными запасами, она открыла его и теперь с удовольствием ест большое яблоко. Увидев Катсуне, она замерла на мгновение, а потом, робко улыбнувшись, помахала ему рукой. – Привет, Кэт. – Мэри? – удивленно переспросил Катсуне. – Ты… – Нет, – она робко покачала головой. – Не Мэри. Лиз. – Лиз? – Катсуне зажмурился и потер глаза, пытаясь понять, что происходит. – Ага, – она все так же робко кивнула, словно боялась реакции Катсуне. – Что тебе успел рассказать Пол? – Что-то про твой медицинский имплант… И про странную энцефалограмму. – Ага, – снова кивнула Лиз. – А что происходит вообще? Она посмотрела на него, выбирая, с чего начать. – Диссоциативное расстройство идентичности. Обычно его основной причиной считают травмирующие переживания. Настолько сильные, что сознание человека создает другую личность, способную противостоять негативному фактору. Наверное, в этом отношении я уникальна. Я – первый в истории психиатрических исследований человек, создавший вторую личность под воздействием мощного положительного импульса. Лиз посмотрела на Катсуне, все еще опасаясь его реакции. Тот внимательно слушал. – В детстве я хотела стать космонавтом. Ну знаешь, рисовала космос, собирала модельки кораблей, всерьез готовилась стать пилотом… в общем, все как обычно. Мои родители были морскими биологами. И в пятнадцать лет они взяли меня с собой на Тонга – посмотреть на миграцию китов. Гидрокостюмы, маски, трубки и… и эти огромные, невероятные создания, плывущие… знаешь, они даже плыли не через океан, а словно через этот мир, они будто плыли куда-то, где удивительно хорошо и спокойно, куда-то на другую планету, в другую вселенную… я не знаю. В общем, из океана вылезла уже Мэри. Мы оказались очень похожи. Характер, интересы, привычки – все это различалось, но не так радикально, как это обычно бывает. Разве что Мэри хотела стать биологом, а я – космонавтом. Мы спокойно делили место «на точке» и вообще старались действовать так, чтобы никто не понял, что нас теперь двое. Единственное, что мы сделали – поменяли имя в восемнадцать. |