Онлайн книга «Рассказы. Темнее ночи»
|
– Пойду я. – Ярен встал. – Спасибо! Богдан только хмыкнул, отхлебнув бражки. Ярен вернулся в дом, растянулся на хозяйском матрасе и почти сразу уснул. Сон пришел глубокий, но муторный: в платье цвета болотной тины танцевала вокруг костра княгиня Инга; распущенные волосы на ее голове извивались, собирались вместо косы в тугие кольца. «Змея подколодная», – говорил Филимон, и Старший велел его казнить, но едва Ярен заносил саблю, на месте Филимона оказывался Федор-справник и кричал: «Стыд, позор!». * * * Проснулся Ярен от шума за окном. На ходу перепоясываясь саблей, вышел во двор. Уже светало, у ворот собралось полдюжины «ястребов». – Что тут? – спросил он охриплым со сна голосом. Предчувствие беды превратилось в полную уверенность в ней. Люди молча расступились. Филимон лежал в трех шагах за воротами, с посиневшим лицом и красной полосой на шее. Подальше, на углу, стояли Старший и Сабур, у ног их распростерлось еще одно тело. – Гнев господень, как же… – прошептал Ярен, подойдя. Удавкой Богдану отрезало пальцы на обеих – родной и деревянной – руках. Но лицо ветерана было почти не обезображено удушением; будто спал он не смертным сном, а самым обыкновенным. Распахнутые глаза смотрели в небо. Догадаться о том, как все случилось, было не сложно. Стоя в свою очередь на часах, Богдан нарушил приказ и вышел за ограду. Филимон отправился за ним и тоже далеко не ушел… Но зачем? Для такой глупости должна была быть веская причина. – Сильно вчера напились? – отрывисто спросил Старший. – Не отнекивайся, люди видели. – Да мы не прятались и, считай, не пили, – сказал Ярен. – Но даже во хмелю он был осторожнее любого из нас. Все знают. Старший сжимал и разжимал кулаки. – Знаю, – сказал он не глядя. – Как закончим – по закону за пирушку ответишь, Ярен. Ибо кто мы без закона? Сабур топтался рядом, попеременно глядя то на Старшего, то на тело. – Прикажи! – с нажимом попросил он. – Разреши провести допрос. Богдан все одно мертвый. А других спасешь… Отдай приказ! Старший развернулся и, ухватив колдуна за ворот, одной рукой приподнял над землей: – Даже думать о том не смей! Набакальский выродок! – С чудовищной силой он швырнул Сабура оземь. – Отдай приказ! – Колдун, не пытаясь встать, взглянул на Старшего снизу вверх. – Если всю правду не вызнаем – плохо кончим: не болотницы порешат, так у Всеволода впадем в немилость. Разреши… – Нет! Попробуешь еще раз скверной моих людей, живых или мертвых, замарать – сам тебя убью. – Старший сплюнул в грязь. И ушел. Сабур поднялся, отряхиваясь; в поисках поддержки посмотрел на Ярена – но тот отвел взгляд, опустившись на колени около тела. – Прими, Заступник, душу в чертог небесный, – прошептал он и закрыл мертвецу глаза. – Прощай, друг. Тишина рассветных сумерек саваном лежала над Гребневом. На пожухлой траве блестела роса. – Ты же понимаешь, Ярен. – Голос Сабура звучал просительно, почти жалко. – Ложь и тайны повсюду! Не вошли бы чаруски в село, если б не зазывали их сюда. Знаю, ты отомстить хочешь. Но нельзя… Правды за нами нет, потому и удачи нам в бою не будет. – Ты приказ слышал, – сказал Ярен. – Найдем чарусок – у них и спросим, кто зазвал. – В ловушку попадем. – Так наколдуй, чтоб не попали! – рявкнул Ярен. Степняк боялся. Сильно боялся. – Не больно-то много пока от тебя проку! Иди, позови кого в помощь: отнесем убитых в церковь. Не здесь же им оставаться. |