Книга Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья, страница 87 – Адриана Вайс

Один за другим стражники падают, не в силах справиться с нападением. Эльверон и сам вступает в бой, отбиваясь яростной магией огня. В какой-то момент он яростно рычит и принимает драконью форму, — величественную и вселяющую трепет — стараясь прорваться сквозь плотный строй нападавших.

Но неизвестные будто этого и ждали. Все, у кого в руках было обсидиановое оружие, нацеливаются на дракона, обрушив на того целый поток пугающей черно-фиолетовой магии. Дракон сопротивляется — издав яростный рев, он выставляет перед собой щит и пытается атаковать в ответ. Однако,магия нападавших сминает защиту и накрывает тело Эльверона.

Когда заклинание рассеивается, на земле уже лежит его бездыханное человеческое тело.

После того, как последний человек Эльверона погибает, к оставшимся в живых разбойникам со стороны завала подходит мужчина. Высокий, представительный, в богатой бархатной одежде, увешанной цепями и перстнями. Его тонкие губы изгибаются в презрительной ухмылке, а ледяные глаза смотрят на погибшего Эльверона сверху вниз.

Этот мужчина — явно благородных кровей. Это видно по его осанке и выправке, по тому, как он с небрежным величием опирается на костяной трость с набалдашником в виде змеиной головы.

Лицо этого человека бледно и костляво, а в чертах есть что-то гнусное, отталкивающее. Словно покрытая язвами плоть, прикрытая дорогой тканью. В нём нет ни капли благородства, лишь холодный расчёт и злая насмешка.

— Ну наконец-то, — говорит он, глядя на бездыханное тело герцога, — этот жалкий ничтожный Эльверон получил по заслугам.

Видение гаснет так же внезапно, как вспыхнуло. Я снова стою у выхода из особняка, держа в руках корзинку, а напротив — Эльверон, живой, здоровый и очень обеспокоенный.

— Вы не должны никуда ехать! — отчаянно выдыхаю я. Голос мой звучит странно даже для меня самой — хрипловатый, надорванный. Сбиваясь из-за волнения, я пересказываю ему всё, что видела.

Рассказываю о разбойниках, о странных артефактах, о том, как его стража ничего не смогла сделать и погибла под натиском вражеской магии. И, наконец, о том, кто это затеял — гнусном бледном аристократе. Не забываю добавить и то, как этот человек презрительно высказался о герцоге после его смерти.

По мере моего рассказа лицо Эльверона мрачнеет. Я ожидаю увидеть на нем тревогу и обеспокоенность, но вместо этого, на лице герцога проступает странная смесь недоверия и раздражения.

— Судя по всему, вы говорите про барона Дальрия, — недовольно качает он головой, — Вот только он ни за что не способен на покушение. Барон — тюфяк и бездельник, который растерял остатки своей смелости как только родился на этом свете. Не говоря уже о том, что артефакты, о которых вы говорите, стоят огромных денег и достать их не так просто. Ваше видение… простите, но оно не имеет ничего общего с реальностью.

Я чувствую как горячая волна возмущения вспыхиваетвнутри, а руки сами собой сжимаются в кулаки. Почему он не верит мне?

— Я понимаю, как чудовищно звучит мой рассказ… — недовольно вскидываю подбородок, — …но это правда!

— В самом деле? — вскидывает бровь Эльверон, — Вы сами недавно сказали, что не знаете как работают ваши видения и не можете их контролировать. А, значит, не можете гарантировать, что это действительно произойдет на самом деле. Именно поэтому, я не вижу смысле менять свои планы из-за того, что вам что-то померещилось.