Книга Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья, страница 107 – Адриана Вайс

— Меня зовут Оливия Шелби, — произношу я громко, чтобы голос не сорвался. — Я новая владелица поместья и племянница мадам Беллуа. Я пришла… чтобы узнать больше о тебе и об этом месте.

Зловещая пауза затягивается. Я ощущаю густой поток холодного воздуха, проходящий между нами, и из него источается тихий, почти слышный только мне вздох. Будто Хранитель и сам испытывает нечто вроде смятения. Спустя несколько секунд, он роняет вполголоса:

— Я давно почувствовал, что Джозефины больше нет.

В этих словах звучит непередаваемая печаль — точно тоска по тому, с кем он был связан. Моё сердце моментально откликается болью, а внутренний голос шепчет, что я должна воспользоваться шансом:

— Значит, вы были… близки? — спрашиваю осторожно.

Хранитель издаёт звук, похожий на горькуюусмешку:

— Да, можно сказать и так. Она была замечательной женщиной: своенравной, твёрдой, с несгибаемой волей. Именно это мне в ней и нравилось. Мы могли с ней болтать часами…

Я невольно вспоминаю, как слуги говорили, что слышали её разговоры с кем-то якобы «в пустом кабинете», и моментально цепляюсь за догадку. В одно мгновение многие разрозненные фигурки мозайки разом встают на свои места.

Однако, прежде чем я успеваю все это обдумать, слова сами срываются с губ:

— Вас ведь… зовут Ноэ? Я права?

Мне кажется, что Хранитель на миг застывает, будто пораженный моим вопросом. А затем, он начинает меняться прямо на моих глазах: его тёмный, окутанный тенью силуэт обретает чёткие очертания. Приобретает глубину, в окружающей темноте явно очерчиваются руки и ноги, а через мгновение вместо неясной тени я вижу перед собой высокого мужчину.

Да, именно мужчину — с точеными, но волевыми чертами лица, с резкими скулами, тёмно-каштановыми волосами до плеч, и упрямым, горящим взором. На этом мужчине тёмно-серое одеяние, напоминающее смесь одеяний магов и воинской формы, на которой нет ни следа небрежности. От мужчины веет властью и чем-то первобытно-неистовым, магическим.

Глядя на подобное преображение, у меня захватывает дух и я буквально впиваюсь взглядом в его резкие черты. Уловив моё смятение, он приподнимает бровь, а на его лице проступает легкая насмешка.

— Выходит, ты знаешь моё имя? — произносит он. Его голос утратил холодную отстраненность и обрел странную бархатистую глубину, от которой мурашки пробегают по моей коже. — Значит, Джозефина рассказала тебе обо мне?

— Не совсем. Скорее, упоминала в письме,а слуги шептались про то что слышали странные разговоры, когда она была одна, — нахожу в себе силы признаться честно. — И да, она была замечательной… Моя тётушка… Но, — перевожу дух, чуть опустив взгляд, чтобы собраться с мыслями, — я пришла сюда не только для того, чтобы поговорить о ней.

Ноэ чуть наклоняет голову, и его глаза поблескивают в свете луны. Словно сквозь туман слышу, как он отмахивается от моих слов, отвечая с холодной отчуждённостью:

— Вот как? — он хмурится, в голосе звучит недовольная нотка. — Но даже если ты племянница Джозефины, это не значит, что я тут же раскрою тебе все секреты лабиринта. В отличие от неё, я не знаютебя и не понимаю твоих намерений.

Я вновь сжимаю амулет в руке, заряжаясь от него спокойствием. Меня окрыляет мысль, что, по крайней мере, разговор продолжается, и он не велит мне немедленно убраться.