Книга Директриса поневоле. Спасти академию, страница 75 – Адриана Вайс, Мария Минц

Кажется, я проиграла.

Сейчас он меня выставит за дверь, и я вернусь в свою разваливающуюся академию ни с чем.

И тогда… тогда все. Конец.

Но сдаваться – не в моих правилах. Никогда не было.

— Господин Рокхарт, — говорю я, и сама удивляюсь, насколько твердо звучит мой голос в такой беспросветной ситуации. — Я понимаю, что мои слова для вас – пустой звук. Я понимаю, что вы доверяете своим людям. Но именно поэтому вы и должны дать мне шанс. Ведь я точно так же доверяю своим подчиненным, доверяю Райнеру и уверена в том, что его расчеты верны. Поэтому я прошу вас… дайте нам один, последний шанс.

Я смотрю ему прямо в глаза, вкладывая в свой взгляд всю свою убежденность, все свое отчаяние и всю свою надежду.

— Позвольте нам повторить эксперимент. На одном, самом маленьком участке вашего производства. Но на этот раз – под моим личным контролем. И под вашим, если уж вы так беспокоитесь. Один-единственный раз. Чтобы доказать, что система Райнера работает.

Эдгар смотрит на меня долго, тяжело. Затем его губы кривятся в усмешке, но в глазах нет веселья. Только холодный металл.

— Хорошо, госпожа ректор, — рычит он. — Допустим. А что, если нет? Что, если ваша затея снова провалится? Кто тогда будет за это отвечать? Ведь речь ведь идет о реальных деньгах, о реальных убытках! Кто их покроет? Вы?

Он произносит это «вы» с такой издевкой, что у меня вспыхивают щеки.

Я делаю глубокий вдох, собирая в кулак всю свою смелость.

Сейчас или никогда.

— Да, — твердо говорю я. — Я.

Он откидывается на спинку кресла и смеется. Не злобно, не презрительно, а просто… смеется. Громко, от души, как смеются над очень удачной, но совершенно нелепой шуткой. И от этого смеха мне становится обидно до слез.

— В самом деле? — он вытирает выступившую в уголке глаза слезу. — Простите, госпожа ректор, но это смешно. И чем же вы собираетесь рисковать? Что вы поставите на кон? У вас есть деньги, чтобы покрыть мои возможные потери? Сомневаюсь.

Он прав. У меня нет ни гроша.

Ни солида. Ничего. Кроме…

— У меня нет денег,господин Рокхарт, — говорю я тихо, но отчетливо, и в наступившей тишине мой голос звучит оглушительно громко. — Но у меня есть нечто большее. У меня есть я сама.

Он перестает улыбаться и снова смотрит на меня с недоумением.

— Я предлагаю вам заключить договор, — продолжаю я, чувствуя, как горит мое лицо, но не отводя взгляда. — Если мой план провалится, если вы снова понесете убытки из-за этого эксперимента, я обязуюсь отработать вам каждый потерянный солид. Каждый. До последней монеты.

Я вижу, как расширяются его глаза. Он явно не ожидал такого поворота.

— В вашем распоряжении окажется высококвалифицированный управленец и педагог с тридцатилет… в смысле, просто с большим стажем. Я могу привести в идеальный порядок все ваши архивы. Систематизировать всю вашу документацию. Обучить ваш персонал. Стать гувернанткой для ваших наследников, если они у вас есть. Вы сами назначите мне должность. Но, — я делаю шаг к его столу, и теперь уже я нависаю над ним, — если я выиграю, если система Райнера сработает и принесет вам прибыль, вы станете главным спонсором Академии Чернокнижья. Вы поможете нам встать на ноги.

Я замолкаю, тяжело дыша.

Адреналин бурлит в крови.

Я только что поставила на кон свою свободу. Свою жизнь.