Книга Директриса поневоле. Спасти академию, страница 216 – Адриана Вайс, Мария Минц

— Никто не смеет трогать ректора! — его рык оглушает даже на открытом пространстве.

Хаос вспыхивает мгновенно.

Остальные стражи бросаются на него, но Громвальд — это не просто сила. Это ярость, выверенная тренировками Кирсана. Он бросает противников через плечо, ломает строй одним мощным рывком.

Хаос нарастает. Громвальд в одиночку сдерживает десяток бойцов, но их становится все больше.

И тут…

— Что здесь происходит?!

Этот голос, усиленный магией, перекрывает звон стали и крики. Он звучит как удар гонга.

Двери главного входа распахиваются настежь, и на пороге появляется он.

Исадор.

Он в своём старомодном мундире, лицо, обычно холодное и бесстрастное, искажено неподдельным шоком и гневом. Его глаза, цвета арктического льда, окидывают сцену — дерущегося Громвальда, сбитую с толку стражу, нас, стоящих в центре этого безумия.

— Прекратить! — его приказ заставляет стражников замереть. — Кто отдал приказ атаковать?!

— Простите… — моментально тушуется перед ним начальник стражи, — …нам передали, что мы должны схватить мятежников. Мы действовали исключительно в рамках приказа от членов Магического Совета.

Стражники моментально замирают в нерешительности. Громвальд, прижав одного из них к земле, тоже останавливается, тяжело дыша, но не отпуская.

— Господин Исадор! — председатель наблюдательной комиссии, растрепанный, с перекошенным воротником, кидается к нему, едва не плача. — Мы стали свидетелями попытки уничтожения Академии Чернокнижья герцогом Дракенхеймом! Это измена!Это предательство! И, судя по всему, корни её ведут сюда, в стены нашего

Лицо Исадора становится абсолютно непроницаемым, но в его глазах мелькает нечто опасное. Холодный, расчётливый гнев.

— Господин Исадор, — подключаюсь к разговору я, — Это действительно так. Я боюсь, что в совете могут быть шпионы. Они знали куда мы направляемся, значи, что везем свидетелей и хотели нас убрать. Пожалуйста, я прошу вас о срочном собрании Совета.

Исадор смотрит на меня долгим, тяжелым взглядом. Потом кивает на двери.

— Внутри. Живо. Все. И вы, — он тычет пальцем в командира стражи, который уже открывает рот, чтобы оправдаться, — под арест. До выяснения всех обстоятельств. Остальные игнорировать любые приказы, если они не исходят от меня лично. Этих людей не трогать. Они под моей защитой.

***

Зал Совета оказывается таким же мрачным и подавляющим, как и внешний вид здания. Длинный стол из чёрного дерева, высокие спинки кресел, на которых сидят другие члены Совета — лица пожилые, важные, выражающие недоумение и раздражение от срочного созыва. Исадор занимает место во главе.

Наблюдатели, всё ещё бледные, но собравшиеся с духом, один за другим излагают факты. Их рассказ сух, точен и оттого ещё ужаснее: нападение во время экзаменов, применение магии разрушения, появление драконьей формы герцога Дракенхейма, его очевидная цель — сорвать процедуру и уничтожить академию.

В зале повисает гробовая тишина. На лицах некоторых членов Совета — недоверие, на других — растущий ужас.

— Ректор Тьери, — обращается ко мне Исадор. Его взгляд тяжёл, как гиря. — Ваша версия. И подробности.

Я делаю шаг вперёд.

Голос, к моему удивлению, звучит ровно, хотя внутри всё дрожит.

Я рассказываю всё. Не как жертва, а как обвинитель. Про прошлые покушения, про давление Дракенхейма, про его связь с принцессой Изабеллой и их общую цель — пост Хранителя.